Марта Гаврышко. «Слава героям!»: Культ ОУН и УПА в украинской армии (продолжение) Неудобные жертвы Сегодня Украина чествует УПА прежде всего за сопротивление советской власти. «Разные войны, один и тот же враг», — провозглашают хранители культа УПА, указывая на Москву. Но большинство жертв ОУН и УПА были не московскими солдатами, а мирными жителями. Их однажды заставили замолчать националисты, которые их убили. Сегодня их снова заставляют замолчать политики-националисты, которые сделали избирательную версию этой истории частью проекта национального строительства Украины. Интегральный национализм, с его видением этнически определенной нации и требованием абсолютной лояльности, переосмысливается как патриотическая добродетель. В этом нарративе жертвам нет места. Это место уже занимают «герои» в форме, запятнанной их кровью. А те, кто осмеливается спросить, должна ли демократическая Украина чествовать таких деятелей, рискуют быть заклеймены как предатели или агенты Кремля. «Но они боролись за независимую Украину», — следует уже привычная защита. Как будто независимость отвечала на все моральные вопросы. Как будто стремление к государственности могло оправдать любое преступление, совершенное от её имени. Но независимость не может оправдать никакие средства. Вопрос не только в том, боролись ли эти люди за украинское государство. Вопрос в том, какое государство они себе представляли, какие ценности стремились навязать и на что были готовы пойти по отношению к тем, кто стоял у них на пути. Ещё один вопрос, возможно, даже более актуальный для страны, которая сегодня борется за свою свободу и демократическое будущее: можно ли без критики перенести ценности радикального националистического движения, зародившегося в условиях жестокой политики 1930-х и 1940-х годов, в XXI век? Действительно ли Украине, стране, чьи солдаты погибают, защищая свою независимость, нужны герои, чья форма запятнана кровью других украинцев, а также их польских, еврейских и других соседей? Наказание часто носило коллективный характер. Повстанцы убивали не только предполагаемого «предателя», но и его жену и детей, независимо от их возраста. Цель заключалась не просто в устранении врага. Она состояла в том, чтобы терроризировать целые общины, показательно наказать мертвых и показать живым цену неповиновения. Тем не менее, об этих жертвах нигде не упоминается в торжественных речах, патриотических речах и военных церемониях в честь УПА. Их однажды заставили замолчать националисты, которые их убили. Сегодня их снова заставляют замолчать политики-националисты, которые сделали избирательную версию этой истории частью проекта национального строительства Украины. Интегральный национализм, с его видением этнически определенной нации и требованием абсолютной лояльности, переосмысливается как патриотическая добродетель. В этом нарративе жертвам нет места. Это место уже занимают «герои» в форме, запятнанной их кровью. А те, кто осмеливается спросить, должна ли демократическая Украина чествовать таких деятелей, рискуют быть заклеймены как предатели или агенты Кремля. «Но они боролись за независимую Украину», — следует уже привычная защита. Как будто независимость отвечала на все моральные вопросы. Как будто стремление к государственности могло оправдать любое преступление, совершенное от её имени. Но независимость не может оправдать никакие средства. Вопрос не только в том, боролись ли эти люди за украинское государство. Вопрос в том, какое государство они себе представляли, какие ценности стремились навязать и на что были готовы пойти по отношению к тем, кто стоял у них на пути. Ещё один вопрос, возможно, даже более актуальный для страны, которая сегодня борется за свою свободу и демократическое будущее: можно ли без критики перенести ценности радикального националистического движения, зародившегося в условиях жестокой политики 1930-х и 1940-х годов, в XXI век? Действительно ли Украине, стране, чьи солдаты погибают, защищая свою независимость, нужны герои, чья форма запятнана кровью других украинцев, а также их польских, еврейских и других соседей?