Михаил Дубинянский. Страна мертвых. Страна живых ✅С каждым годом смерти в нашей стране становится все больше, а жизни — все меньше. ✅Во многих случаях государству удобнее и проще иметь дело именно с мертвыми, а не с живыми. И это не чей-то коварный умысел, а стихийное поведение неповоротливой государственной машины. Мертвые доставляют значительно меньше хлопот. К живому украинцу в наше время могут возникать самые разнообразные претензии. Он может годами уклоняться от мобилизации. Может дезертировать из армии. Может быть незаконопослушным и оказывать сопротивление правоохранителям. Ему могут инкриминировать недостаток солидарности, стойкости и патриотизма. Его могут осуждать за то, что он говорит не на том языке или потребляет не тот контент. Наконец, он вообще может придерживаться антигосударственных взглядов. Но, погибнув в ходе военных действий, любой украинец оказывается добропорядочным гражданином. Злостный уклонист, которого удалось принудительно мобилизовать, и который вскоре погиб на фронте — это павший герой. Даже если реальные обстоятельства его гибели были не совсем героическими. Незаконопослушный и непатриотичный обыватель, погибший в тылу в результате ракетного или дронового удара — это жертва. Его тоже перестают ругать и критиковать. Павшие герои и жертвы востребованы государственной пропагандой в любую эпоху. ✅Мертвые неприхотливы и непритязательны. Чтобы окружить заботой живых защитников Украины и удовлетворить их нужды, необходимо решить огромнейший комплекс проблем. Но проявить внимание к мертвым защитникам все-таки легче. Для этого достаточно общенациональной минуты молчания: когда один раз в день равнодушные вынуждены имитировать скорбь вместе с теми, кто действительно вспоминает о погибших. ✅Несмотря на зарубежную финансовую помощь Киеву, живые украинцы все отчетливее ощущают на себе негативные экономические последствия: рост потребительских цен, инфляцию, девальвацию гривни. Но в мире мертвых действуют другие законы. Обесценивание национальной валюты означает появление новых, более крупных банкнот, пригодных для мемориализации выдающихся покойников. В этом году повезло поэту-диссиденту Василию Стусу, чей портрет украсит купюру в 2000 гривень. И Украинский институт национальной памяти с гордостью сообщает: "Стус победил через 40 лет после смерти. Несокрушимость теперь имеет номинал". ✅После 24 февраля 2022 года Украину покинули миллионы живых граждан. Вернуть назад хотя бы половину из них — непосильная задача для нашего государства. Даже после завершения активных военных действий это потребует неимоверных усилий, и успех отнюдь не гарантирован. Зато, не дожидаясь окончания, государство приступает к возвращению мертвых: исторических деятелей, скончавшихся на чужбине. Причем первый же удачный опыт — репатриация останков Андрея Мельника из Люксембурга — продемонстрировал еще одно преимущество мертвых перед живыми. Выступая на торжественной церемонии перезахоронения, Владимир Зеленский отметил: "Полковник Андрей Мельник вернулся в ту Украину, о которой мечтал". Так ли это? Действительно ли покойный лидер ОУН*(м) мечтал об Украине, которую возглавляет демократически избранный президент с еврейскими корнями? Вопрос спорный. В проекте Конституции, составленной по поручению Мельника в 1939 году, были отражены несколько иные мечты. Мечты об "авторитарной" и "тоталитарной" Украине во главе с пожизненным Вождем нации — непременно украинцем по происхождению. Но в том и дело, что, скончавшись более шестидесяти лет назад, Мельник не вступит в полемику с действующим гарантом. Мертвые вообще ни с кем не спорят — они послушно выполняют ту роль, которая отведена им государственными пропагандистами. В этом смысле Иван Мазепа или Евгений Коновалец намного удобнее какого-нибудь Залужного или Федорова. Чем сложнее главе государства находить общий язык с живыми и строптивыми современниками, тем охотнее он обращается к прославленным покойникам и пытается на них опереться. Это совершенно естественно.