Об Иране из Израиля

Советник принца Резы Пехлеви: «Мы откроем посольство Ирана в Иерусалиме» Саид Гассеми-Неджад, советник Резы Пехлеви, рассказал, какими будут отношения Ирана и Израиля в случае прихода команды кронпринца к власти. По его словам, одним из первых шагов станет восстановление дипломатических отношений: Израиль вернет посольство в Тегеран, а Иран откроет свое — в Иерусалиме. Не в Тель-Авиве. В Иерусалиме. Дальше предполагается уже не просто дипломатия, а тесное сотрудничество в экономике, политике, экологии и сфере безопасности. Цель Гассеми-Неджад формулирует еще шире: превратить Иран и Израиль в естественных стратегических партнеров. Понятно, что пока это программа оппозиции, а не завтрашнее расписание рейсов Тегеран — Бен-Гурион. Но сама формулировка показательна. Команда Пехлеви предлагает не вернуться к отношениям времен шаха. Она заранее говорит о союзе с Израилем — причем с признанием Иерусалима его столицей. Для иранской политики после Исламской Республики это уже довольно внятная заявка на совершенно другой Иран #Иран #Израиль #РезаПехлеви #Иерусалим #Тегеран #ИранИзраиль #ИранскаяОппозиция Подписывайтесь на канал t.me/israiran

Иран не защитил свою красную линию в Ливане Израиль объявил о занятии хребта ат-Тахер на юге Ливана. Сам по себе хребет важен: по словам Исраэля Каца, там находилась система командных туннелей «Хезболлы», а высота позволяла контролировать район Набатии. Но интереснее другое. Еще в августе, по данным Reuters, Иран через Оман предупредил США: если Израиль пойдет на ат-Тахер, последует масштабный иранский ответ. Израиль пошел. ЦАХАЛ занял позиции на хребте. Кац публично объявил об успехе операции и заявил, что армия там закрепляется. Обещанного масштабного ответа Ирана пока нет. Это не значит, что Тегеран «испугался». У него сейчас и без того идет жесткая конфронтация с США, и открывать еще один полноценный фронт против Израиля — удовольствие сомнительное. Но проблема Ирана в другом: он сам провел красную линию, а Израиль ее демонстративно пересек. И ничего не произошло. Для «Хезболлы» это, пожалуй, неприятнее потери самого хребта. Потому что речь уже идет не о том, сколько туннелей разрушил ЦАХАЛ. Речь о цене иранских гарантий. Пока она выглядит не очень высокой

Россия помогала Ирану создавать новую ракетную угрозу для Израиля Financial Times раскрыла секретную программу C430L: с 2023 года российские специалисты помогали Ирану разработать прямоточный двигатель для сверхзвуковых крылатых ракет. Иран, по данным FT, уже построил такой двигатель и провел летные испытания. Готовой ракеты на вооружении пока нет. Для Израиля это неприятность вполне практическая. Иран и так умеет запускать по нам баллистические и дозвуковые крылатые ракеты. Сверхзвуковая крылатая ракета добавляет еще один тип угрозы: она летит по более сложной для обнаружения траектории, чем баллистическая, но при этом оставляет ПВО значительно меньше времени на реакцию, чем обычная крылатая. Причем технология годится не только для ударов по кораблям, но и по наземным целям. То есть Москва помогает Тегерану не просто увеличить количество ракет. Она помогает сделать иранский ракетный залп сложнее для перехвата https://www.ft.com/content/6cf367bc-95b0-4f1f-b149-a25684adefc3?utm_source=chatgpt.com

Иран вспомнил, что он — не только Исламская Республика В Тегеране предложили создать «Союз персоязычных стран и регионов». Сам проект, скорее всего, окажется мертворожденным: Иран, Таджикистан и Афганистан — не самый впечатляющий блок. Но важен не союз, а причина его появления. Рядом быстро растёт тюркский проект: Турция, Азербайджан, Центральная Азия, ОТГ, транспортные коридоры, политическая координация. И тут выясняется, что привычный иранский инструмент — шиизм и «экспорт революции» — работает далеко не везде. А вот иранский цивилизационный ареал куда шире: Бухара, Самарканд, Кавказ, Афганистан, Османская Турция, вплоть до Индии веками были частью персианатного культурного пространства. Иран может сказать тюркскому миру не «вы на самом деле персы», а гораздо хитрее: "Вы тюрки — но ваша история тоже написана персидскими чернилами". Для Израиля здесь тоже есть неприятный нюанс: усиливающийся тюркский мир уже не выглядит просто удобным противовесом Ирану. Турция сама становится отдельным центром силы. Главный вопрос поэтому не в том, возникнет ли «Персидский союз», а в том, какой "проект" выберет Иран. Я уверен в том, что в результате тем или иным способом Ирану ради конкуренции с Турцией придется стать меньше Исламской Республикой — и больше Ираном. https://besacenter.org/reimagining-the-persianate-sphere-irans-response-to-turkic-regional-integration/

Палестинский флаг обошелся иранской кинозвезде почти в миллион подписчиков 15 августа один из самых известных актеров Ирана Навид Мохаммадзаде опубликовал в Instagram фотографию в одежде с палестинским флагом. И тут случилось интересное. Вместо ожидаемых аплодисментов начались массовые отписки. Уже через сутки иранские СМИ сообщали о сотнях тысяч потерянных подписчиков, а Rouydad24 позднее оценил их число примерно в 900 тысяч. Но на этом история не закончилась. 31 августа Мохаммадзаде исключили из театрально-оркестровой постановки «Араш». Актер попытался объясниться — и только усугубил дело. Он заявил, что поддерживал Палестину раньше, поддерживает сейчас и будет поддерживать дальше: «Я определенно всегда выберу Палестину». Справедливости ради: сводить провал продаж только к палестинской теме нельзя. Зрителей возмущали также цены на билеты, доходившие почти до 5 млн туманов, а продюсеры позднее заговорили еще о «личных проблемах» и «непрофессиональном поведении» актера. Но сама общественная реакция совершенно реальна. И она интереснее судьбы одного актера. Еще в исследовании GAMAAN 2021 года 70,6% опрошенных иранцев не одобряли политику Исламской Республики в отношении ХАМАС. А 63,7% поддержали знаменитый протестный лозунг: «Ни Газа, ни Ливан — жизнь отдам за Иран». Опрос проводился организацией, базирующейся за пределами Ирана. Такие вещи внутри Исламской Республики свободно исследовать и обсуждать довольно затруднительно. Но теперь опрос нам в каком-то смысле даже не нужен. Общественная реакция стала видна непосредственно. Один из самых популярных актеров страны надевает палестинский флаг — и начинается массовая волна отписок. Его спектакль сталкивается с бойкотом. И даже иранские СМИ вынуждены обсуждать последствия. Получается довольно характерная ситуация для несвободного общества: вслух сказать «нас задолбала ваша Палестина» нельзя или, по крайней мере, небезопасно. А нажать кнопку «отписаться» — можно. И несколько сотен тысяч человек именно это и сделали. Источники: Iran International, Rouydad24, Tasnim, GAMAAN, Venice Film Festival.

Когда же всё это закончится? В четверг , 27 августа, в эфире с Марианной Беленькой и Марком Кричевским на "Первом Радио" говорили о новых американских санкциях против Ирана, Китае и внутренних раскладах в Тегеране. Под конец Марк поддел меня: мол, так и не ответил на вопрос, когда всё это закончится? Я ответил, что даже Трамп этого не знает. Но по сути, таки-да: эксперт без прогноза — не эксперт. А Трамп нам не указ. Цель любой науки, в конечном счёте — предсказывать будущее. Так что доскажу недосказанное. Мой базовый сценарий: нынешний конфликт закончится не падением режима, а переговорами. Почему я на это ставлю? Президент Исламской республики Масуд Пезешкиян говорит примирительно — от него этого и ждёшь. Но когда похожие интонации появляются у спикера меджлиса Мохаммада-Багера Галибафа, человека из консервативно-силового истеблишмента, это уже интереснее. Значит, цену продолжения конфликта начали считать не только условные "реформаторы". США, в свою очередь, будут давить дальше, но постепенно. Ключевой вопрос — Китай. Пока Вашингтон не идёт на полномасштабный удар по крупным китайским финансовым структурам, я читаю это как давление ради сделки, а не как попытку любой ценой задушить Иран. Поэтому я ожидаю сначала — ещё несколько раундов экономического удушения и демонстрации силы; потом — торг. Торг будет тяжёлым и мерзким: санкции, Ормуз, ядерная программа, гарантии, формула прекращения конфликта. Каждая сторона будет объяснять своим, что именно она победила. А вот если США всё-таки пойдут всерьёз по крупным китайским банкам и каналам расчётов — это уже другой сценарий. Тогда иранский кризис окончательно станет частью большой американо-китайской конфронтации, а риск новой военной эскалации резко вырастет. Если не сбудется — этот пост останется лежать здесь как улика)) Подписывайтесь на канал t.me/israiran

Эфир на Радио РЭКА - Турецкая экспансия

На Радио РЭКА поговорили о том, как Турция начала менять баланс сил на Ближнем Востоке Сегодня в эфире Радио РЭКА обсуждали эскалацию между Израилем и Турцией — но я предложил посмотреть на нее не как на очередной конфликт Эрдогана с Нетаниягу, а как на симптом куда более крупного процесса. Моя основная мысль: мы вступаем во «Время империй». Национальные государства никуда не исчезают, но поверх них снова формируются большие политические и цивилизационные пространства. Турция активно претендует на роль центра сразу нескольких таких пространств: тюркского, суннитского и, в определенной степени, неоосманского. И здесь возникает главный парадокс. Еще недавно Израиль вытеснял из Сирии Иран. Теперь образовавшийся вакуум начинает заполнять Турция. И Израиль обнаруживает возле своих границ уже не иранских прокси, а потенциальное присутствие армии крупного государства НАТО. Для Ирана усиление Турции тоже крайне неприятно: Кавказ, Азербайджан, Центральная Азия, тюркоязычное население самого Ирана — все это делает турецкий проект для Тегерана стратегическим вызовом. А дальше начинается геополитика в ее самом интересном виде. Если Турция продолжит аккумулировать вокруг себя тюркские и суннитские государства и наращивать военную мощь, могут возникнуть совершенно парадоксальные совпадения интересов. Израиль и Иран — непримиримые враги, но оба могут оказаться заинтересованы в ограничении турецкого влияния. Израиль и Россия — тоже далеко не союзники, но Москва вряд ли заинтересована в превращении Турции в гегемона Кавказа и Центральной Азии. Запись эфира - ниже

Война закончилась без победителя. И это, возможно, самое опасное США и Израиль нанесли Ирану огромный военный ущерб. Но Тегеран не капитулировал, ядерный вопрос не решен, а Ормуз так и не вернулся к нормальной жизни. Иран, в свою очередь, тоже не победил. Он получил разрушения, санкции и новые проблемы с соседями. Но сохранил главное: способность делать американскую победу дорогой и незавершенной. Теперь начинается другая война — за право объяснить, что вообще произошло. Вашингтон говорит: Иран сломлен, цели достигнуты. Тегеран: нас не смогли заставить капитулировать — значит, победили мы. И даже об Исламабадском меморандуме стороны рассказывают две разные истории. Почему это важно? Потому что следующая сделка должна будет решить не только вопрос атома, санкций и Ормуза. Она должна дать обеим сторонам возможность объявить себя победителями. Иначе ракеты еще могут вернуться. Разбираю, кто чего реально добился в этой войне и почему главный бой теперь идет за ее смысл — в моей новой колонке для «Сегодня в Израиле»: https://share.google/NDhD6skgx4lywSvb4

У «Великого Турана» появился персидский ответ Иран предложил создать «Союз стран и регионов персидского языка». С инициативой выступил первый вице-президент Ирана Мохаммад-Реза Ареф на встрече с министром энергетики Таджикистана Далером Джумой. Ареф предложил всерьез продвигать идею объединения персоязычного пространства на основе общности языка, культуры и цивилизации. Никакой союз пока не создан. Иран лишь предложил его создать, а официального заявления Душанбе о присоединении к новой структуре пока нет. Но сама идея интересна. В Центральной Азии уже существует другой цивилизационный проект — тюркский, с Турцией в качестве одного из главных центров притяжения. Теперь Тегеран явно пробует институционализировать «персидский мир». И особенно интересно, что Ареф говорит не только о странах, но и о «регионах» персидского языка. Для Израиля здесь есть еще один любопытный поворот. До недавнего времени картина выглядела довольно просто: Иран — главный враг и источник угрозы, государство, которое финансирует и обучает террористические структуры, открыто говорит об уничтожении Израиля и развивает ядерную программу. А тюркский мир, при всех оговорках, воспринимался скорее как пространство наших партнеров, потенциальных союзников и удобных противовесов Тегерану. Но эта схема начинает трещать. По мере усиления Турции и расширения тюркской интеграции выясняется, что сам тюркский мир становится самостоятельным центром силы, которому тоже нужен противовес. И в этой новой конфигурации персидское пространство неожиданно может рассматриваться уже не только как источник угрозы, но и как один из элементов регионального баланса. Это, разумеется, не делает Иран другом Израиля. Но заставляет смотреть на карту сложнее, чем в формуле «Иран — зло, все его противники — наши естественные союзники». И если Турция строит вокруг себя «тюркский мир», то Иран, похоже, ищет собственную формулу стратегической глубины — уже не только через религию и прокси, но и через язык, историю и культуру. Пока это не «анти-Туран» и не новый блок. Но борьба за то, кто будет задавать культурную и политическую карту региона — от Ближнего Востока до Центральной Азии, — становится все заметнее Подписывайтесь на канал t.me/israiran