ARSEN SARSEKOV

@house_of_cards_qr · news · Russian · active

Авторский канал. Обратная связь - http://telegram.me/Aset_AP_Bot

Subscribers 8.1K Subscribers, last 30 days: 8.1K → 8.1K +0 24h
Reach per post (ERR) 30.4%2.5K avg views
Posting 4.4/week last 22 hours ago
Reactions per 1K views 0.0
  1. 40 секунд дипломатии, или как прошла «встреча» Саиды Мирзиёевой с Трампом 2 октября в узбекском информационном пространстве появилась интересная новость: «Саида Мирзиёева рассказала о встрече с Дональдом Трампом». Звучит, конечно, внушительно. Сразу представляешь переговоры, несколько минут разговора, обмен позициями. Ну, как минимум отдельную встречу. А потом читаешь дальше. И оказывается, что отдельной встречи, судя по описанию, не было. Было дежурное приветствие. Саида Мирзиёева, глава Администрации Президента Узбекистана, находилась среди участников мероприятия в рамках Генассамблеи ООН. Там она поприветствовала Дональда Трампа. Несколько слов, рукопожатие, фотография. Все. Около 40 секунд. Причем, как сообщается, таких контактов во время приема было около двухсот. То есть если каждый раз считать отдельной дипломатической встречей, то за один вечер Трамп успел провести примерно двухсотсторонний саммит. Эффективно, однако. Но самое любопытное начинается после этого. Саида Мирзиёева рассказала, что передала Трампу «наилучшие пожелания» от Шавката Мирзиёева. Ну, пожелания передала. Рукопожатие состоялось. Фото есть. Камеры тоже были. Вопрос только в том, обязательно ли после этого называть произошедшее «встречей с Президентом США»? Потому что если придерживаться такой логики, то короткий разговор в лифте вполне можно оформить как «переговоры на высшем уровне». Особенно когда речь идет о приеме, где подобные короткие контакты происходят постоянно. Это обычная протокольная история. Поздоровались, обменялись парой фраз, сфотографировались и пошли дальше. И в этом нет ничего плохого. Проблема начинается, когда обычное приветствие начинают продавать как полноценный дипломатический контакт. Дальше уже работает знакомая схема: чем меньше было самого события, тем больше можно написать о его значении. 40 секунд общения превращаются во «встречу». Рукопожатие становится «контактом на высшем уровне». А фотография начинает жить собственной дипломатической жизнью. В общем, иногда международная дипломатия длится 40 секунд. Информационная кампания вокруг нее гораздо дольше.

  2. Реакция российского медиапространства на высказывания Токаева в Германии Российские СМИ довольно быстро определились с тем, что именно считать главным в выступлении Токаева. Официальные и крупные деловые СМИ, вроде «Коммерсанта» и «Ведомостей», разделили выступление на два основных контура: оценку Владимира Путина и предложение о заморозке украинского конфликта с последующим переходом к переговорам. Российские политические обозреватели и журналисты пошли еще уже. Лев Вершинин, политконсультант и африканист Виктор Васильев и другие прежде всего заостряли внимание на позитивной оценке Токаевым Путина. Анонимные и полуофициальные Telegram-каналы сделали отдельный сюжет из реакции Фридриха Мерца, обсуждая его якобы «возмущенную физиономию» во время выступления Токаева. При этом российское медиаполе фактически отодвинуло на второй план экономическую часть визита. А она была существенной. Мерц говорил об усилении экономического сотрудничества, технологиях, сырье, энергетике и безопасности. Германия прямо обозначила Казахстан как важнейшего торгового партнера ФРГ в Центральной Азии. Если рассматривать происходящее с позиции дипломатического лавирования, последовательность выглядит иначе: Токаев приезжает в Германию → заключает экономические договоренности с Берлином → публично подтверждает высокую оценку Путина → предлагает заморозку украинского конфликта и переход к переговорам → Москва не получает оснований воспринимать визит как политический разрыв Казахстана с Россией. Но есть и другой важный вывод. Российскому медиапространству действительно важно, что говорит Токаев. Практически любая его реплика, которая хотя бы косвенно касается России, быстро становится предметом обсуждения, разбирается на цитаты и получает собственную информационную жизнь. Причем это происходит независимо от того, идет ли речь о России, Украине, Западе или двусторонних отношениях. Сам факт такой реакции показывает, что Токаев остается заметным политическим актором для российской аудитории. Его слова там не проходят фоном. Их отслеживают, интерпретируют и разносят именно потому, что они имеют значение для российской политической повестки.

  3. Он всегда проводил Послание 1 сентября. Исключений было всего три: когда эта дата выпадала на воскресенье, после Кантара и в прошлом году, в связи с поездкой в Китай. В этом году Послание затянулось необычно долго. При этом политическая конфигурация уже практически сложилась: новый парламент сформирован, основные кадровые позиции определены, начинается новый политический цикл. Прошедший траур также повлиял на сроки. Теперь важно внести актуальные корректировки и не откладывать представление Послания. Если ориентироваться на календарь работы Курултая, 7 октября выглядит одной из возможных дат. Это среда, день пленарного заседания Курултая, что позволяет провести Послание в рамках уже запланированной парламентской работы.

  4. Негатив в ленте: мы действительно понимаем, что читаем? У многих день начинается одинаково: открываем Instagram, Threads или TikTok, пролистываем ленту и возвращаемся к ней в течение дня. Мы привыкли считать экранное время. Но есть другой вопрос: что именно мы потребляем все эти часы? Жалоба на работодателя, семейный конфликт, мошенничество, преступление, очередной скандал. Один пост затягивает в комментарии, другой приводит к следующему спору. Проблема в том, что соцсети показывают нам не случайный набор публикаций. Алгоритмы учитывают, на чем мы задерживаемся, что читаем, смотрим, комментируем и лайкаем. А конфликтный контент почти всегда вызывает больше реакции. В Казахстане это особенно заметно в Threads. Аудитория платформы уже достигла 1,85 млн пользователей. Здесь обсуждают все: от работы и бытовых конфликтов до языка, религии и политики. Отдельные публикации получают сотни тысяч просмотров. Но громкость дискуссии еще не означает, что так думает большинство. В обсуждениях участвуют анонимные аккаунты и боты, а алгоритмы дополнительно усиливают вовлекающий контент. Поэтому лента может создавать ощущение, будто вокруг бесконечный конфликт, хотя она не является срезом всего общества. Есть и другая сторона. Постоянный поток чужих конфликтов, тревоги и агрессии может приводить к эмоциональной усталости. Иногда мы заходим в соцсеть отдохнуть, а выходим уже с чужими проблемами в голове. Поэтому вопрос не только в том, сколько времени мы проводим онлайн. Иногда полезнее спросить себя: Что я сегодня прочитал и как это на меня повлияло? Потому что лента не является реальностью. Это лишь та ее часть, которую алгоритм решил показать нам.

  5. После трагедии в Мангистау создана Правительственная комиссия. По поручению Президента она работает непосредственно в регионе. Семьям погибших военнослужащих оказывается материальная, психологическая и организационная помощь. Параллельно идет расследование. Возбуждено уголовное дело, уже задержаны пять высокопоставленных должностных лиц Министерства обороны. Среди них начальник штаба, первый заместитель Главнокомандующего Военно-морскими силами, два командира воинских частей и другие должностные лица. В МВД сообщили, что следствие продолжается. Устанавливаются все обстоятельства произошедшего, а также другие лица, которые могут быть привлечены к ответственности. Сейчас ключевой вопрос заключается в том, что именно произошло, почему это произошло и кто несет за это ответственность. Ответы на эти вопросы должно дать расследование.

  6. Ещё три месяца назад Маулен Ашимбаев был вторым человеком в государстве по Конституции. Сегодня этой позиции у него уже нет, а ключевые политические посты в новой системе практически все заняты.

  7. Токаев утвердил состав Халық Кеңесі. Вытащил наиболее известные фамилии: Абенов, Бапи, Лаврентьев, Гаджи Гаджиев, Андрей Лукин, Зинченко, Мусин, Муталип, Нысанбаев, Сулейменов, Тахтай, Шиповский, Юсупова.

  8. Почему первый звонок перенесли на октябрь? Есть несколько фактических обстоятельств. Во-первых, Токаев, похоже, ждет окончательного оформления новой политической конфигурации. Новая Конституция принята, Курултай избран, но конструкция еще не полностью собрана. Последний элемент – Халык Кенес. С большой долей вероятности его возглавит Маулен Ашимбаев. Именно после этого политическая надстройка нового цикла будет практически завершена. Во-вторых, последние несколько лет президенту было относительно легко формировать политическую повестку: 2022 – Новый Казахстан. 2023–2024 – экономические и институциональные реформы. 2025 – парламентская реформа. 2026 – новая Конституция и Курултай. 2027 – ? Сейчас возникает своеобразный вакуум. Большая политическая реформа завершена. Следовательно, Послание должно предложить новый сюжет, вокруг которого будет строиться следующий этап президентского цикла. В-третьих, сейчас фактически идет своеобразный прогрев Послания. Общество, чиновники, депутаты и эксперты уже начинают обсуждать, что именно скажет президент, какой будет риторика, какие поручения прозвучат и в какую сторону будет смещен акцент. Для Токаева это тоже важно: Послание должно прозвучать не в информационном вакууме, а стать кульминацией уже сформировавшейся повестки. В-четвертых, есть вполне прагматическая причина – экономика. Сейчас формируется бюджет. Проект бюджета депутатам должны презентовать уже в четверг. Президенту важно понимать, с какими реальными ресурсами государство входит в следующий год: сколько можно направить на инфраструктуру, социальную сферу, регионы, инвестиции и другие приоритеты. Послание в таком случае становится не просто политическим документом, а рамкой для будущего бюджета. Последняя интрига. Президент должен объявить выборы в маслихаты. Вопрос в том, ограничится ли он только ими? Если нет, то возникает уже совсем другая политическая интрига: какие именно выборы будут объявлены и что это будет означать для дальнейшей конфигурации власти. А дальше можно задавать вопрос уже шире: переизбрание или отъезд в Нью-Йорк? Поэтому я бы пока не воспринимал задержку Послания как обычное нарушение календаря. Вполне вероятно, там ждут момента, когда одновременно сойдутся три вещи: окончательно собранная политическая конструкция, понятная экономическая база и готовая следующая большая повестка.

  9. Заметили, как бодро, буквально с ноги, зашла партия «Әділет» в Курултай? Вместо дежурных речей депутаты сразу пошли в темы, которые хорошо знакомы людям по домовым чатам, кухням и дворам. В частности запрос Екатерины Смышляевой по ОСИ. У каждого, кто живет в многоэтажке, есть домовой чат в WhatsApp. И это зачастую отдельный жанр жизни. Председатель отвечает буквально за все: от лампочки в подъезде до состояния инженерных сетей. Но как только речь заходит об общем собрании или сборе денег на ремонт, активность резко заканчивается. Даже провести элементарное голосование бывает непросто. При этом проверяющие органы работают по своим правилам, банки предъявляют собственные требования к счетам ОСИ, а внизу еще может оказаться ресторан с мангалом или кальянами, посетители которого ночью не дают спать всему дому. И здесь у ОСИ часто просто нет нормального инструментария для быстрого решения таких вопросов. Что предлагает «Әділет»? Бесплатное электронное голосование жильцов, пересмотр проверочных листов, единые стандарты банковского обслуживания счетов ОСИ и более четкие требования к заведениям на первых этажах. То есть партия взяла набор вполне конкретных проблем и попыталась перевести их из домовых чатов в законодательную плоскость. В этом, пожалуй, и заключается главный интерес. После выборов партии конкурируют уже не лозунгами, а тем, насколько быстро они способны находить реальные проблемы и превращать их в законодательные инициативы.

  10. Депутат правящей партии предложил запретить детям интернет до 16 лет. На мой взгляд, это тот случай, когда благую цель пытаются решить самым простым способом. Проблема безопасности детей в интернете действительно существует. Но полный запрет создаст не меньше проблем. Первое. Интернет для подростка уже давно не просто развлечения. В 14–15 лет это способ общаться с друзьями, находить единомышленников, учиться и получать новую информацию. UNICEF рассматривает цифровую среду как пространство, в котором дети учатся, общаются, играют и развивают навыки. Второе. Интернет даёт возможность не только потреблять, но и создавать. Подросток может вести канал, монтировать видео, программировать, рисовать, заниматься музыкой, продавать собственные изделия или оказывать услуги. Для кого-то это хобби, для кого-то первый заработок и первый опыт самостоятельной деятельности. Третье. Соцсети часто становятся входом в большой мир знаний. Человек сначала видит что-то интересное в ленте, а затем идёт искать дополнительную информацию: читает статьи, смотрит лекции, находит книги и изучает тему глубже. OECD также отмечает образовательные, информационные и творческие возможности цифровой среды для молодых людей. Четвёртое. Нельзя считать весь интернет опасным из-за его части. В соцсетях существуют тысячи совершенно здоровых сообществ: программисты, шахматисты, спортсмены, музыканты, языковые клубы, историки, научные и образовательные проекты. Запрещать подростку весь интернет из-за существования опасного контента примерно так же логично, как закрывать библиотеку из-за того, что в ней есть не только учебники. Пятое. Полный запрет практически невозможно эффективно реализовать. VPN, чужие аккаунты, телефоны родителей, анонимные сервисы и масса других способов обхода ограничений никуда не исчезнут. В итоге подростки просто начнут пользоваться интернетом в обход контроля взрослых и государства. То есть вместо безопасной цифровой среды можно получить её подпольную версию, где контролировать происходящее будет ещё сложнее. Поэтому вопрос должен быть не в том, как полностью отключить детей от интернета, а в том, как ограничить доступ именно к опасному контенту, повысить цифровую грамотность и заставить платформы лучше выполнять свои обязанности по защите несовершеннолетних.

  11. Казахстан вышел в лидеры по золоту. И внезапно выяснилось, что общего медального зачёта на Всемирных играх кочевников… не существует. Хотя ещё недавно организаторы сами публиковали таблицу, где лидировал Кыргызстан. После разногласий в подсчётах таблица исчезла. Легко говорить о равенстве, когда ты снизу. Настоящая проверка начинается, когда ты оказываешься сверху. Кыргызстан вспоминает о равенстве, когда очевидно слабее, меньше и беднее. Казахстан же говорит о равенстве, находясь на более сильной позиции – когда он богаче и больше. В этом и проявляется нутро. Настоящее равенство – это когда сильный делает слабого равным себе, а не требует равенства только тогда, когда сам оказывается в менее выгодном положении.

  12. На данный момент продолжаются кадровые назначения, точнее – переназначения членов Кабинета министров. Пока можно сказать коротко: на манеже всё те же.

  13. Новая конфигурация власти: кто за что отвечает Кадровые решения 31 августа логично продолжили формирование новой архитектуры государственного управления. Главная новация – появление института Вице-президента. Им стал Ерлан Карин. Одновременно Олжас Бектенов сохранил пост Премьер-министра. Если смотреть не на персоналии, а на систему, складывается довольно понятная конструкция. Карин – стратегический контур. Бектенов – экономический и исполнительский. Вице-президенту предстоит выстраивать взаимодействие между Президентом, Курултаем и другими институтами новой политической системы, участвовать в реализации стратегического курса и вопросах внутренней политики. Особенно важным здесь будет взаимодействие с формирующимся Қазақстан Халық Кенесі. Для Карина это во многом продолжение уже знакомой работы. Он много лет находится внутри государственного аппарата, занимаясь общественно-политическими вопросами, стратегическими коммуникациями и реализацией президентских реформ. Теперь эта работа получает другой институциональный уровень. Бектенов остается в Правительстве. И это уже про другую часть системы – экономический рост, инвестиции, инфраструктуру, социальные обязательства, технологическое развитие и непосредственное исполнение решений. У Бектенова за плечами работа в юстиции, Администрации Президента, антикоррупционной системе и Правительстве. Поэтому его сохранение на посту Премьер-министра – прежде всего ставка на управленческую преемственность. Еще одно важное решение – создание Аппарата Совета Безопасности как самостоятельного государственного органа, непосредственно подчиненного Президенту. Заместителем Председателя Совета Безопасности назначена Аида Балаева. Здесь тоже просматривается определенная логика. Ее опыт находится на пересечении социальной и информационной политики. А это сегодня напрямую связано с вопросами общественной устойчивости и внутренней безопасности. При этом важно и другое: появление Балаевой на одной из ключевых должностей еще раз показывает, что в новой системе государственного управления постепенно стирается само разделение должностей на «мужские» и «женские». Гендерное равенство здесь становится не декларацией, а частью кадровой практики. В итоге сегодня мы видим уже не просто набор кадровых решений, а формирование новой команды под новую институциональную конструкцию. Карин – стратегия и политический контур. Бектенов – экономика и операционное управление. Балаева — безопасность, социальная устойчивость и информационный контур. В итоге сегодняшние решения выглядят не как обычная ротация кадров, а как завершение формирования президентской команды.

  14. Ему нужны руководители, способные выделить главную проблему, собрать вокруг нее ресурсы, наладить исполнение и лично отвечать за конечный результат. Молодость может помочь быстрее воспринимать новые идеи. Но министерский пост – не программа подготовки кадров. Это полноценная ответственность за отрасль с первого дня работы.

  15. Older posts