История России

​​​​Мятеж Саблина Валерий Саблин с детства мечтал связать свою жизнь с флотом и по окончании школы поступил Высшее военно-морское училище им. Фрунзе в Ленинграде. Как утверждали его знакомые, будущий офицер искренне верил в коммунистическую идеологию. Отличника учебы лейтенанта Саблина в 1960 году направили на Северный флот для службы в должности помощника командира батареи 130-мм орудий эскадренного миноносца "Ожесточенный". Именно в тот период офицер впервые проявил свое желание изменить жизнь в государстве - свои раздумья на эту тему он изложил в письме, которое отправил Никите Хрущеву. Инцидент вызвал беспокойство военачальников, но о нем постарались поскорее забыть. В 1969 году Саблин подал рапорт о поступлении в Политическую академию имени Ленина. Спустя четыре года ставший одним из лучших выпускников данного учебного заведения Валерий Саблин был назначен замполитом большого противолодочного корабля "Бдительный" дивизии ракетных кораблей Балтийского флота и почти сразу переведен в той же должности на БПК "Сторожевой". В течение двух лет Саблин делился с сослуживцами своими мыслями о недостатках советского общества и необходимости вернуть страну на "ленинский курс развития". К 1975 году замполит стал фактически лидером экипажа, пусть и неформальным. Осенью 1975-го после продолжительного похода "Сторожевой" направили на ремонт, но перед этим корабль должен был принять участие в военно-морском параде в Риге, посвященном 58-й годовщине октябрьской революции. На рейд судно прибыло 6 ноября и должно было отбыть утром 9 ноября. Часть офицерского состава в связи с предстоящим ремонтом направилась в отпуск, что и стало для Саблина одним из сигналов к действию. Вечером 8 ноября замполит обманул командира корабля Анатолия Потульного и запер его в помещении гидроакустиков. Охранять старшего офицера остался библиотекарь и киномеханик Александр Шеин. Собрав в кают-компании офицеров и мичманов, Саблин призвал их выступить "ради очищения СССР и восстановления социальной справедливости". Несогласные были изолированы в разных помещениях. После капитан 3-го ранга собрал матросов и старшин. Озвучив им свой манифест, Валерий Саблин объявил план - корабль следует в Ленинград с требованием предоставить возможность выступить по телевидению. Он был уверен, что его поддержат жители "города трех революций" и моряки Ленинградской военно-морской базы. Уйти с рейда незаметно, как планировал Саблин, не получилось - со "Сторожевого" сбежал комсорг, старший лейтенант Фирсов. Добравшись до находившейся неподалеку подлодки он сообщил о мятеже. В 4 утра капитан Саблин передал телеграмму со своими требованиями адмиралу Горшкову: " Мы требуем: первое - объявить территорию корабля "Сторожевой" свободной и независимой от государственных и партийных органов в течение года. Второе - предоставить возможность одному из членов экипажа выступать по Центральному радио и телевидению в течение 30 минут... Наше выступление носит чисто политический характер и не имеет ничего общего с предательством Родины. Родину предадут те, кто будет против нас". На перехват "Сторожевого" отправили девять кораблей и бомбардировщики 668-го авиаполка. Самолеты провели предупредительное бомбометание - в результате часть механизмов управления судна была выведена из строя. Часть матросов к этому моменту поняли, что восстание вряд ли кончится добром, и отправились освобождать командира Потульного. Тот, вооружившись и ворвавшись на мостик, выстрелом из пистолета ранил Саблина в ногу. 9 ноября в 10 часов 35 минут на командный пункт Балтийского флота пришла радиограмма от командира "Сторожевого": "Корабль остановлен. Овладел обстановкой. Жду указаний командующего флотом". После длительных разбирательств, фигурантами которого стали десятки человек, подвергнуть трибуналу было решено только Валерия Саблина и его ближайшего помощника в неудавшемся мятеже Александра Шеина. Рассмотрением дела о мятеже на Балтфлоте занималась Военная коллегия Верховного суда СССР с 6 по 13 июля 1976 года. Саблина признали виновным в измене Родине и приговорили к высшей мере наказания.

​​​​Цареубийца был расстрелян за гомосексуализм Первый секретарь Уральского областного Совета в 1917-1918, один из непосредственных руководителей расстрела царской семьи в Екатеринбурге в ночь с 16 на 17 июля 1918 г, организатор Великого голода в Казахстане, Филипп (Шая) Исаевич Голощекин, оказывается, был расстрелян 27 октября 1941 г. за гомосексуальную связь, если верить этому постановлению: «ПОСТАНОВЛЕНИЕ о предъявлении обвинения Город Москва, 1939 год, ноября 13 дня Пом. начальника следственной части ГУГБ НКВД СССР ст. лейтенант Государственной безопасности Шкурин, рассмотрев следственный материал по делу N 842 и приняв во внимание, что Голощекин Филипп Исаевич… изобличается в том, что являлся участником антисоветской организации, проводил борьбу против ЦК ВКП(б), а также занимался педерастией». Постановил: Руководствуясь ст.ст. 128 и 129 УПК РСФСР, привлечь Голощекина Филиппа Исаевича в качестве обвиняемого по ст. 58 п. 7 и 11, 154-а УК, о чем объявить обвиняемому в настоящем постановлении. Копию постановления в порядке ст. 146 УПК РСФСР направить прокурору». Данное постановление впервые было опубликовано в газете «Челябинский рабочий» от 17 июля 2004 года. В дополнение: выдержка из заявления арестованного бывшего сталинского наркома НКВД Ежова в следственную часть НКВД СССР от 24.04.1939 г.: "В том же 1925 г. состоялся перевод столицы Казахстана из Оренбурга в Кзыл-Орду, куда на работу выехал и я. Вскоре туда приехал секретарем крайкома Голощекин Ф. И. (сейчас работает Главарбитром). Приехал он холостяком, без жены, я тоже жил на холостяцком положении. До своего отъезда в Москву (около 2-х месяцев) я фактически переселился к нему на квартиру и там часто ночевал. С ним у меня также вскоре установилась педерастическая связь, которая периодически продолжалась до моего отъезда. Связь с ним была, как и предыдущие взаимноактивная". Можно скептически относиться к приведенным цитатам (сталинское следствие есть сталинское следствие), однако Ежов, например, собственные признания в гомосексуальных контактах в дальнейшем (на суде) не оспаривал - в отличие от других признаний, сделанных им.

Похоронная процессия императора Александра III, 1894 г.

Император Александр III в гробу. Ливадия, 20 октября 1894 год.

Крушение царского поезда на станции Борки, 17 октября 1888 года.

15 октября 1959 года в Мюнхене советским разведчиком Богданом Сташинским был ликвидирован Степан Бандера

Прибытие русской эскадры в Тулон в 1893-ем году (французская литография) Конец 1880-ых годов был ознаменован началом политического сближения Российской Империи с Францией. В связи с этим в 1891-ом году состоялся визит французской эскадры в Кронштадт. Через два годы русские ответили новым союзникам тем же: 13-го октября 1893-го года наши моряки прибыли во французский порт Тулон, где их ждала торжественная встреча.

+1

12 октября 1787 года состоялась Кинбурнская баталия - русские войска под командованием Суворова разбили турецкий десант Кинбурнская крепость стала первым объектом нападения Османской империи в войне 1787-1791 годов. Это было связано с её выгодным стратегическим положением недалеко от крепости Очаков (таким образом, она могла являться базой для подготовки захвата Очакова), а также от базы русского флота в Херсоне, которую Кинбурн защищал. Но самое важное – овладение этой крепостью открывало путь к восстановлению турецкого контроля над Крымом, потерянным 13 годами ранее. Турецкий флот в составе трёх линейных кораблей, 4 фрегатов, 4 бомбардирских кораблей, 14 канонерских лодок в течение сентября 1787 года обстреливал Кинбурн и выявлял огневые точки русских войск. 12 октября в 9 часов утра турецкий десант общей численностью до 5000 солдат и офицеров начал высаживаться на берег. Сразу после высадки Хасан-паша приказал отвести корабли, чтобы его войска не надеялись на эвакуацию, но турецкий флот стал поддерживать нападающих огнём. Во время высадки противника А. В. Суворов находился в церкви по случаю праздника Покрова Пресвятой Богородицы. Обратившимся к нему с сообщением о начале высадки турок и строительства ими укреплений офицерам, он приказал не открывать ответный огонь и ждать пока высадятся все турецкие войска. Сам в это время продолжал слушать литургию. Спокойствие Суворова придало уверенности в себе русским воинам. К часу дня, выкопав 15 траншей, турецкие войска подошли на близкое расстояние к крепости. В это время в Кинбурне было 1 500 человек пехоты, а ещё 2 500 пехоты и лёгкой конницы стояло в качестве резерва в 30 вёрстах сзади от крепости. Когда турки подошли к крепости на расстояние 200 шагов, последовал залп из всех орудий, и началась контратака. Отряд полковника Иловайского, обойдя крепость слева по берегу Чёрного моря, и Орловский пехотный полк под началом генерал-майора Река, справа, ударили с флангов, а затем батальон Козловского полка во главе с Суворовым ударил во фронт. Значительные силы турок и большие потери среди Орловского полка вынудили русских отойти, при этом сам Суворов был ранен картечью в бок и едва не был убит янычарами, его спас гренадер Степан Новиков. «Неприятельское корабельное войско, какого я лучше у них не видел, преследовало наших; я бился в передних рядах Шлиссельбургского полку; гренадер Степан Новиков, на которого уж сабля взнесена была в близости моей, обратился на своего противника, умертвил его штыком, другого, за ним следующего, застрелил… Они побежали назад» А. В. Суворов Несмотря на первые неудачи, русские войска перегруппировались и подготовились к дальнейшим действиям. В результате второй контратаки, в которой участвовали свежие резервы, турецкие войска дрогнули. Их удалось вытеснить с косы и они, неся значительные потери, стали эвакуироваться на корабли. К 10 часам вечера все было кончено - баталия завершилась полным разгромом турецких войск, потерявших до 5000 человек (потери русских составили 400-450). В Очакове в 1907 году в году был установлен памятник А. В. Суворову, где скульптор изобразил его в момент Кинбурнского сражения, уже раненым со слегка наклонённым корпусом, прижимающим рану левой рукой, а правой указывающий направление атаки.

В 1861 году граф Строганов стал вызывать меня для преподавания юридических наук цесаревичу Николаю Александровичу. Из чувства патриотизма я не мог отказаться и переехал на целый год в Петербург. Это решило дальнейшую судьбу мою роковым образом. В 1863 году меня пригласили сопутствовать цесаревичу в поездке по России. Я стал известен и двору. По окончании поездки я вернулся в Москву к своим занятиям и мечтал остаться тут. Но Богу угодно было иначе. Цесаревич скончался, оплаканный всей Россией. Новый цесаревич, слышав обо мне доброе от покойного брата, пожелал меня иметь при себе для преподавания. Я не мог уклониться и переехал в Петербург в 1866 году на жительство и на службу. Тут довелось мне последовательно вести занятия и с в. кн. Владимиром, и с цесаревной Марией Федоровной, и с в. кн. Сергием, и даже с в. кн. Николаем Константиновичем. Я стал известен в правящих кругах, обо мне стали говорить и придавать моей деятельности преувеличенное значение. Я попал, без всякой вины своей, в атмосферу лжи, клеветы, слухов и сплетен. О, как блажен человек, не знающий всего этого и живущий тихо, никем не знаемый на своем деле! […] Без всякого ходатайства с моей стороны и без всякого участия цесаревича я был назначен членом Госуд. Совета и тут получил возможность высказывать вслух всем свои мнения по государственным вопросам - мнения, коих никогда ни от кого не скрывал. Так, мало-помалу приобрел я репутацию упорного консерватора - в противодействии новым направлениям и веяниям государственных либералов. К концу царствования эти влияния и направления приобрели господственное значение. Началось, ввиду общего недовольства, безумное стремление к конституции, то есть к гибели России. Это стало в умах какою-то заразой: русские люди, сохранившие еще разум и память прошедшего, ждали в страхе, что будет, ибо покойного Государя склонили уже совсем к этому гибельному шагу. […] К несчастью, и у нас, и там существует закоренелое мнение, что в России при самодержавной власти есть непременно тот или другой - один человек всесильный, который всем распоряжается и от которого все зависит. И вот этим человеком все и всюду стали считать меня и доныне считают - человека, всегда уклоняющегося от всякого исключительного присвоения себе какой-либо власти. […] Таково ощущение всей обезумевшей теперь молодежи и в столицах, и во всех углах России: толпа людей, не имеющих никакого понятия о ходе государственных дел, о пружинах администрации, о делах и о людях, выставляет меня виновником всех, - что у них слывет, - злоупотреблений, насилий, ретроградных мер, и кричит, что во имя свободы надобно меня уничтожить. Автобиография Константина Петровича Победоносцева, изложеннная в письме Николаю II

Закладка храма и города Романов-на-Мурмане(Мурманск), 4 октября 1916 г.

Коллективная фотография военнослужащих вермахта. На школьной доске написано мелом «Русский должен умереть, чтобы мы жили».

​​Описание Кавказской войны сложно ввиду ее «мозаичности»: есть несколько ключевых точек, но основная часть длительной компании сводилась к эпизодам. Одним из таких ярких, но ныне забытых эпизодов стала оборона Навагинского форта в устье реки Сочи 27 сентября 1839. Эта атака интересна тем, что русские близоруко прохлопали всю подготовку к набегу, и черкесы могли показать себя в зените мощи. Тем интереснее результат. Сам форт был расположен скверно – он планировался как пост таможенников, хотя формально входил в оборону Черноморской береговой линии. Закрытый с одной стороны непроходимым холмом, с трех он был окружен густым лесом – возможность сконцентрировать крупные силы и ударить внезапно налицо. В довершение «английский купец» Белл слил горцам план укреплений. Гарнизон форта мощью не впечатлял – 1 рота линейной пехоты + небольшая группа стрелков из Мингрельского егерского полка: 313 бойцов и 8 офицеров. Черкесы собрали 2,5 тысячи бойцов. Горцы действовали грамотно: дождались бури и под покровом ночи ударили небольшими группами – у каждой была своя цель. Артиллеристов вырезали еще на стене, все офицеры были перебиты сонными во флигеле, ворота открыты – бери не хочу. Судьбу форта решили раненые местного лазарета – 80 человек, ударившие в тыл черкесам из неразумно брошенных на стене пушек. Картечью. Этот отчаянный поступок настолько шокировал горцев, что они бежали, бросив раненых и убитых. Храбрые в первом натиске, они всегда пасовали перед трудностями.

​​Александр Сергеевич Пушкин был в окрестностях Оренбурга с 21 по 23 сентября 1833 года. Цель — сбор материалов для повести «Капитанская дочка» и книги «История пугачёвского бунта». Пушкин носил ногти необыкновенной длины (это была его причуда), что нашло анекдотичный отклик в воспоминаниях местных жителей. Владимир Даль пишет: «И казаки на другой же день снарядили подводу в Оренбург… и донесли: «Вчера-де приезжал какой-то чужой господин, приметами: собой невелик, волос чёрный, кудрявый, лицом смуглый, и подбивал под „пугачёвщину“ и дарил золотом; должен быть антихрист, потому что вместо ногтей на пальцах когти». Пушкин много тому смеялся». 🎨 Виктор Адольфович Котельников-Гофман. «А.С. Пушкин в Уральске».

Крымский мост. Москва, 1937-1938 год.

10 сентября 1875 года русские войска героически взяли столицу Кокандского ханства - город Коканд. Земли ханства окончательно вошли в состав Российской Империи. Попытки России закрепить свое влияние в Средней Азии относятся еще к началу ХIХ в. Но напряженное положение в Европе и борьба с Турцией и Персией не давали возможности проводить активную завоевательную политику в отношении восточных ханств. После окончания Крымской войны и относительной стабилизации дел на Кавказе русское правительство получило возможность для проведения более активной завоевательной политики в Средней Азии. Дополнительным фактором для этого было опасение британского продвижения в этом регионе: Англия занимала прочные позиции в Афганистане, а в бухарских войсках появились английские инструкторы. Размах, который приняли завоевания в Средней Азии, вызвал коренную реорганизацию управления завоеванным краем. В 1867 г. из "новых земель" образуется особое Туркестанское генерал-губернаторство в составе Сырдарьинской и Семиреченской областей с центром в Ташкенте. Первым губернатором был назначен инженер-генерал К.П. Кауфман. Несмотря на успехи царских войск в борьбе с восточными ханствами, которые фактически находились в орбите влияния России, они продолжали сохранять свою независимость. Первый решительный удар был нанесен по Бухарскому ханству. В результате похода в мае-июне 1868 г. сопротивление бухарских войск было сломлено. Территория ханства присоединялась к России. В июне 1873 г. та же участь постигла Хивинское ханство. Земли Кокандского ханства вошли в Ферганскую и Сырдарьинскую область сначала Оренбургского генерал-губернаторства, а позже Туркестанского генерал-губернаторства Российской империи. Сам Коканд стал всего лишь уездным городом Ферганской области, а административным центром стал город Новый Маргелан, который в 1907 году был переименован в Скобелев.

Санитарно-Автомобильный Отряд Всероссийского Земского Союза. Мотоцикл Харлей. 1915 год.

Русский священник в оленьих шкурах, начало XX века.

+1

Самая смешная и хулиганская историческая книга! Историк Евгений Норин написал книгу о безумном европейском конфликте XVII века. Тридцатилетняя война в его пересказе звучит не как набор сухих фактов (хотя академичности этой книге не занимать), а как будто бы Тарантино и Гай Ричи вдруг решили писать исторические книги — с абсолютно разбитным стилем, до краёв наполненным чёрным, очень чёрным юмором. Объём издания составляет примерно 300 страниц, а в придачу — особая историко-географическая карта Европы. Оформить заказ можно здесь

Владимир Федоров(стоит между двумя пулемётчиками) с представителями Ковровского пулеметного завода, 1919 год.

​​Автомат Фёдорова Капитан Русской Императорской Армии Владимир Григориевич Федоров приступил к разработке самозарядной винтовки в 1906 году на базе винтовки Мосина. Она была создана под штатный патрон калибра 3 линии (7.62х54R) и имела неотъемный магазин на 5 патронов. Испытания начались в 1911 году, в 1912 году артиллерийский комитет принял решение заказать опытную партию в 150 экземпляров для войсковых испытаний. А уже в 1913 году Федоров предложил автоматическую винтовку своей конструкции, рассчитанную под новый патрон, разработанный самим Федоровым. Этот патрон имел остроконечную пулю калибра 6.5мм массой 8.5 граммов и гильзу бутылочной формы без выступающей закраины. Начальная скорость пули составляла порядка 850 м/с. В конце 1913 года начались испытания автоматических винтовок Федорова под новый патрон, однако начавшаяся Первая Мировая война положила конец изысканиям в области новых патронов. Тем не менее, в 1915 году русская армия испытывала жестокую нужду в стрелковом оружии, в том числе легких ручных пулеметах. Было принято решение о заказе автоматических винтовок Федорова в качестве легкого оружия поддержки пехоты, при этом винтовки предполагалось перестволить под японский патрон 6,5x50SR Арисака, обладавший характеристиками, схожими с патроном Федорова, и имевшимися в значительном количестве, так как эти патроны вместе с винтовками Арисака были закуплены в начале войны для восполнения потерь в оружии Русской армии. При этом уже выпущенные винтовки переделывались под японский патрон путем установки в патронник специального вкладыша. Летом 1916 года опытные винтовки были направлены в особую роту, где прошли стрелковые испытания. Осенью 1916 года было принято решение заказать автоматические 2.5-линейные (6.5мм) винтовки Федорова Сестрорецкому оружейному заводу, однако этот завод не справлялся даже с выпуском основной продукции (винтовок обр. 1891/10 года), и массового производства «ружей-пулеметов» системы Федорова (термин "автомат" был введен начальником стрелкового полигона Н.И.Филатовым позже, в 1920х годах) так развернуто и не было. В 1918 году было принято решение о переводе производства оружия системы Федорова на новый, еще строящийся завод в городе Ковров, с уменьшением заказа с 15 000 до 9 000 стволов, однако всего в период с 1920 по 1924 год, когда производство автомата Федорова было закончено, общий его выпуск составил всего 3 200 единиц. На вооружении Красной Армии автоматы Федорова находились до 1928 года, когда в связи с унификацией боеприпасов было решено снять с вооружения оружие калибров, отличающихся от основного (в данном случае 7.62х54R). Автоматы были переданы на склады и в дальнейшем были использованы только в ходе войны с Финляндией в 1940 году, когда небольшое количество автоматов Федорова было вновь возвращено в войска. Нужно отметить, что сам по себе автомат Федорова не мог всерьез рассматриваться как массовое армейское оружие - он обладал недостаточной надежностью (особенно в условиях запыления и загрязнения), был довольно сложен в производстве и обслуживании. Основная и наиболее важная заслуга Федорова в данный период состоит именно в создании рабочего образца индивидуального автоматического оружия - автомата. Более того, сам Федоров в своей работе "Эволюция стрелкового оружия" указывал, что его автомат предназначался в первую очередь для вооружения различных специальных подразделений, а не линейной пехоты, таких как мотоциклетные команды, конно-охотничьи команды, а также для отборных стрелков в пехоте. Кроме того, автомат Федорова в конце двадцатых и начале тридцатых годов послужил базой для создания одного из первых унифицированых семейств стрелкового оружия, включавшего в себя не только автомат, но и ручные пулеметы, а также пулеметы для установки на боевой технике. Эти разработки опередили свое время как минимум на 30-40 лет. Не менее важна и роль Федорова как последовательного сторонника принятия уменьшенных калибров в стрелковом оружии.