Один из национальных символов Португалии — дворец герцогов Брагантских в Гимарайнше — на самом деле результат реконструкции эпохи Салазара. Для Салазара дворец был частью мифа о великой Португалии: он связан с двумя правящими династиями. В Гимарайнше около 1110 года родился первый король Португалии Афонсу Энрикеш, представитель Бургундской династии. А дворец в нынешнем виде в XV веке заложил другой Афонсу — граф Барселуш, первый герцог Брагантский. Однако уже в начале следующего века герцоги перебрались в резиденцию в Вила-Висосе, так и не достроив дворец в Гимарайнше. Его довольно быстро начали разбирать на нужды окрестных монастырей: капуцины в 1666 году официально получили разрешение использовать кладку дворца для строительства своей обители. До 1935 года в постепенно ветшавших стенах располагались военные казармы. Среди немногих свидетелей первоначальной эпохи сохранились лишь отдельные стены, готическое окно и лестница. В 1933 году Салазар лично посетил руины и проникся их символическим потенциалом. Восстановленный дворец вписывался в идеологическую программу режима так идеально, что уже в 1936 году архитектор Рожерио де Азеведу получил заказ. Перед ним стояла двусмысленная задача: одновременно воссоздать «первоначальный облик» средневекового памятника и оборудовать его как официальную северную резиденцию главы государства. Беда в том, что никто толком не знал, каким был этот первоначальный облик. Азеведу изучал другие средневековые дворцы, ездил в Брюссель, Антверпен и долину Луары за декоративными решениями. Там, где оригинальной кладки не оставалось вовсе — а это был почти весь интерьер, — он заполнял лакуны собственными интерпретациями в духе монументализма своего времени. В результате дворец получил величие, которого в нём, по всей вероятности, никогда не существовало. Детали выдают этот замысел при внимательном взгляде. Решётка внутреннего двора привезена из совершенно другого здания — монастыря Сан-Мигел-де-Рефожуш. Мебель, гобелены, фарфор и оружие в залах относятся преимущественно к XVII–XVIII векам: они создают иллюзию «обитаемого дома», но не имеют отношения ни к XV веку, ни к реальным герцогам Брагантским. Поэтому перед нами не исторический памятник, а интерпретация старины в духе Estado Novo.