Гриша Свердлин

рабочий чат Идите лесом: похитили эпилептика, Хабаровск административка за неявку по повестке, Китай-город выехал из страны с повесткой на уточнение данных гражданское лицо, инженер-электронщик («Рекрутеры обманным путем завлекли меня на сборку БПЛА») - удерживают, отобрали паспорт, подделали контракт (он его не подписывал), угрожают отправить в штурма выехал из Казани 21 сентября прямым рейсом в Ереван с электронной повесткой и запретом на выезд срочник, заставили подписать контракт, будем помогать дезертировать не выпустили призывника проверки документов в метро, Петербург (просили не указывать город) родственника забрали менты, напоили, заставили подписать контракт «С ним сидит несколько знакомых их нашей деревни, они находятся в каком-то помещении, где приводят мужчин, парней, они все приходят пьяные» улетел из мск с повесткой

если вдруг вы в Нью-Йорке, заглядывайте завтра вечером в Квартира Books поговорим с Верой Шенгелией про мою книжку и вообще 731 Washington Ave, Brooklyn, 19.30 это бесплатно, а книжку можно будет купить

всем причастным к Новой газете – поддержка, любовь и благодарность за эти 30 лет

«Русская литература готовила нас к чему угодно». Это видео записано 9 октября 2026 года для моего маленького проекта «Непосредственно», где я говорю с людьми, которые мне дороги и интересны. Огромное, огромное спасибо невероятному Григорию Свердлину за этот разговор и за мужество каждого дня. https://youtu.be/QTUdMmPhEM8

какой-то важный для меня разговор получился с прекрасной Линор Горалик

если вы в среду в Тель-Авиве, заглядывайте, повидаемся

короткой строкой новости призыва и скрытой мобилизации желающих добровольно заключать контракты, кажется, все меньше, так что давят на людей все сильнее, чтобы подписывали за сентябрь у нас 50 обращений от срочников, по поводу насильственного подписания контракта вообще по нашим оценкам сейчас около 70% срочников сталкиваются с различным давлением на тему контракта. в основном это агитация и психологическое давление, но всякой хтони тоже хватает запугивают уголовными делами и гауптвахтой, угрожают отправкой в штурм, избивают. контракт могут выдавать за более безопасный вариант службы, обещать БПЛА, службу рядом с домом или возможность быстро расторгнуть. все, естественно, вранье, цель одна – подписанный контракт вот один из множества случаев у срочника из Кяхты во время дежурства на КПП нашли телефон. прапорщик пригрозил: если он не напишет рапорт на контракт, его «посадят в тюрьму». накануне парень узнал о смерти бабушки и был в подавленном состоянии. в результате под давлением подписал контракт. — также за сентябрь 33 обращения о похищениях гражданских и насильственном подписании контракта: в большинстве случаев похищали нетрезвых, но не только 6 обращений из Пензы и области, 7 из Ижевска, 3 из Омска. еще Крым, Новочеркасск, Томск, Казань, Псков, Владивосток, Мурманск в Ижевске нетрезвого мужчину задержала военная полиция и заставила подписать контракт в Казани гражданина Азербайджана задержали на улице и увезли в военкомат. подписать контракт его заставили под угрозой депортации в Мурманске 53-летнего нетрезвого мужчину забрали с улицы, увезли в военкомат и отобрали паспорт. родственники сообщили, что его заставили подписать контракт, несмотря на многочисленные заболевания — за четыре последних месяца к нам обратились 112 призывников, которые пытались пересечь российскую границу. 74 смогли выехать, 38 не смогли то есть система по-прежнему работает в ручном режиме, предусмотренные «законом об электронных повестках» ограничения по-прежнему автоматически не накладываются, за неявку по повестке. но в какой-то момент заработают, так что расслабляться точно не стоит — у нас рекорд - за месяц Идите лесом помогли дезертировать 163 людям (всего было 793 обращения от военнослужащих) в основном это: - срочники, подписавшие контракт под давлением - люди, которых обманули при приеме на работу – шел устраиваться водителем, а оказалось это конраткт с миобороны - задержанные за мелкие правонарушения или просто нетрезвыми на улице. дальше, угрозы-побои-давление и контракт — в сентябре мы получили 13 обращений от иностранных контрактников и их родственников. граждане Казахстана, Кыргызстана, Камеруна, Судана, Колумбии, Мексики, Уганды, Йемена, стран СНГ и Латинской Америки повторяется одна и та же схема: человеку предлагают работу в России, а уже после приезда выясняется, что речь о контракте «Меня обманули, что буду ремонтировать дороги и буду водителем в Саратове. Я не знал, что буду военным.» — за месяц 4403 помогли различными консультациями (в среднем 147 консультациq в день) чуть меньше, чем августе, но все равно очень много поддержите наш сбор на обучение 100 новых волонтеров-консультантов, чтобы мы смогли помочь всем, кто нам пишет https://iditelesom.org/ru уже собрали 3057 из необходимых 12 400 евро. спасибо огромное всем, кто участвует

помню и скорблю. обнимаю, дорогие израильтяне

уже сколько лет работаю говорящей головой, а впервые вещал как автор книги. волнительно! спасибо, Прага, было очень круто. теперь, конечно, не терпится узнать, каково было это читать. жду отзывов!

+3

в августе помогли дезертировать 134 людям (всего было 793 обращения от военнослужащих) 5089 консультаций по повесткам, призыву, отсрочкам и т.д. 164 в день в среднем. спасибо огромное волонтерам Идите лесом и всем, кто помогает пожертвованиями за месяц 26 обращений по поводу силового задержания и насильного подписания контракта плюс 51 обращение от срочников и их родственников по принуждению к контракту

первая рецензия на книжку, Шурик Горбачев: «Ладно, это немного маркетинговый прием: книга, конечно, не вполне про всех участников созвона — это личная история от первого лица, которую про себя рассказывает Гриша Свердлин, человек, который в самые тучные российские годы, работая в финансовом секторе и имея перспективы серьезно разбогатеть в горизонте нескольких лет, решил все бросить и заняться благотворительностью, помогая бездомным как директор «Ночлежки». За то время, пока Свердлин «Ночлежкой» занимался, она стала одной из самых заметных благотворительных организаций в России — и не будет преувеличением сказать, что серьезно изменила общественное отношение к бездомности (хотя оно, конечно, все равно оставляет желать лучшего). «Ночлежка» открывала те самые пункты обогрева и целые приюты для бездомных, устраивали для них прачечные. В поддержку «Ночлежки» пели и собирали деньги Гребенщиков, Шевчук и Евгений Федоров. Из Петербурга организация масштабировалась в Москву — и вызвала нехилое сопротивление у жителей «хорошего» района, где должна была открыться прачечная для бездомных, тем самым подняв очередные сложные вопросы о том, насколько состоятельные состоявшиеся люди в России готовы относиться с эмпатией относиться к тем, кому повезло меньше. Представители «Ночлежки» заседали в государственных органах — и пытались помогать вырабатывать новые законы, которые облечат помощь людям, в ней нуждающимся. В общем, было много всего, и приключений, и скандалов — и обо всем этом Гриша подробно и увлекательно, живо, остроумно и ярко рассказывает в своей книге. Это далеко не только история одного конкретного человека, занявшегося благотворительностью; я бы сказал, что это вообще книга про судьбу так называемого «третьего сектора» экономики в России. После поражения протестов 2011-2012 года одним из популярных слоганов стала максима, которую я приписываю Дмитрию Быкова: «проживем без государства» — некомпетентного, коррумпированного, жестокого и ненадежного. Вот российские благотворители — а эта сфера в последние 15 лет перед войной по-настоящему расцвела, по крайней мере, по сравнению с тем, что (не) было раньше — как раз пытались это делать: строили инфраструктуру человечности в тех местах, которыми отказывался заниматься Кремль, — и в то же время пытались перетянуть власти на свою сторону, как-то вовлечь их в помощь или хотя бы сделать так, чтобы они не мешали. Что-то получалось, что-то не получалось — история эта в любом случае увлекательная и поучительная. Чтобы удостовериться в том, что там масса интересных сюжетов, достаточно перечислить названия некоторых глав: «Как я покупал слона»; «Как меня обещали переехать на танке» (речь все еще идет о помощи бездомным), «Как я устраивал рок-фестиваль» — и так далее. Есть и еще один важный аспект: в глазах общественности те, кто работают в благотворительности, обычно имеют статус, близкий к подвижникам и святым; отсюда — вечная дискуссия о том, как они позволяют платить себе зарплаты, чтобы было, на что жить, и регулярные реакции жесточайшего удивления, когда выясняется, что благотворители тоже могут быть токсичными. Вот Свердлин рассказывает о себе и о своих коллегах в первую очередь как о людях: они выгорают, стрессуют, фрустрируются, иногда продалбываются, у них сложные отношения друг с другом и с подопечными; все это — большая человеческая комедия во вполне дантовском смысле, и Гриша ее подробно выписывает, не стесняясь где-то быть смешным или хрупким. А потом началась война. Это предмет третьего акта «Пункта обогрева» — того, где речь идет про «Идите лесом», удивительной организации, созданной буквально за три дня на волонтерских началах после начала мобилизации в России и к настоящему моменту выросшей в одну из самых ярких антивоенных институций. Здесь есть истории конкретных дезертиров, истории людей, которые им помогают, тексты сообщений из чатов, рассказы о том, как люди умудряются сбегать из самых отчаянных ситуаций — без лишних деталей, которые могут спалить контору, но все же довольно подробные. Вот один из моих любимых кусочков, дающий представление в том числе о языке и ритме книжки (она вся как такой насыщенный прямой эфир, репортаж прямо из происходящего): «Двум парням мы помогаем попасть в Финляндию аж с Сахалина — там расквартирована их военная часть. Сначала мы планируем вывозить их легально, но пока они на лодке переправляются на материк и едут на попутках через всю страну, их успевают объявить в розыск. Легально им теперь не выехать. Несколько недель они прячутся в Карелии, в съемной комнате, пока мы готовим новый маршрут. Потом нервные сутки и наконец эсэмэска из финского отделения полиции: “Тут чисто, тепло и кормят отлично. Какой кайф”». Финских полицейских они, кстати, долго искали и тоже добирались до полицейского участка автостопом. Там сначала никто не верил, что они пришли пешком из России: “Слишком чистые и ноги не обмороженные”». В общем, вся эта арка — от того, как человек бросает маркетинг, чтобы помогать людям без дома, до того, как тот же человек вытаскивает людей, отказывающихся уйти убивать, — она, мне кажется, говорит что-то важное о современной России, что-то важное и что-то, что дает силу и надежду. Ну и да: эту книжку спродюсировала инициатива StraighForward. Тут важно сказать, что редактировал Гришу не я, а мой дорогой друг и коллега Андрей Борзенко, проделавший блестящую работу, на мой взгляд. Спасибо вам, друзья. Книгу уже можно заказать на сайте «Медузы» — и она потихоньку разъезжается по магазинам.»

кусочек моей книжки в Важных историях (спасибо ❤️)

вышла книжка. спасибо огромное всем, кто сделал это возможным. в первую очередью моему редактору Андрею Борзенко, а также Шурику Горбачеву и всему StraightForward Foundation – они помогают делать нонфикшн, который невозможно издать в России. это рассказ про авантюру, в которую я ввязался почти 20 лет назад, когда начал работать в российской благотворительности. и про то, как менялась эта сфера — российская благотворительность — вместе с тем, как менялась сама Россия. мне хотелось рассказать сразу про несколько вещей — про то, как устроен социальный проект изнутри. про то, как государство пыталось сожрать все то, чем занимался я и мои коллеги. про свои ошибки, неудачи и боль, которую они приносили. про нашу внутреннюю кухню. про тех странных людей, которые приходят работать в благотворительность. про то, откуда берутся и на что идут деньги. про проклятые вопросы этого ремесла. как выбрать, кому помогать? может ли благотворительность быть жестокой? какова цена компромисса? есть ли что-то, что важнее всего, — а значит, можно пойти на любые сделки с властью и собственной совестью? после февраля 2022 года вся российская благотворительность как будто получила под дых, и само ее существование и целесообразность тоже как будто оказались под вопросом. ну а мне опыт руководства социальным проектом помог создать проект гражданского сопротивления — антивоенный Идите лесом. часть книги про то, как такой проект работал и работает в условиях войны, эмиграции и давления российских силовиков. эта книга посвящается моим коллегам по Ночлежке и Идите лесом и всем тем людям, которые выбрали лучший способ борьбы с удушьем — помощь другим. https://magaz.global/product/grigorii-sverdlin-punkt-obogreva

задержали Лиду Мониаву. по статье о фейках ей грозит до 10 лет. очень больно

про слухи о мобилизации поговорили по-русски с Медузой https://meduza.io/episodes/2026/08/21/vse-bolshe-soobscheniy-o-reydah-s-tselyu-prinudit-rossiyan-k-podpisaniyu-kontraktov-s-minoborony-eto-i-est-mobilizatsiya

давал комментарии японскому телеку, теперь я Суберудорин Ши (мистер Свердлин) из организации Гету Росту (Get lost)

+6

всего 3 дня в горах, а по ощущениям как минимум несколько недель. сбегали для акклиматизации на Брайтхорн (4200 метров) и перебрались в хижину у подножия Маттерхорна. хижина с горячим душем, рестораном и террасой, и все это на высоте 3200. на Маттерхорн решили лезть по классическому маршруту, ребру Хёрнли. это максимум 4А категории сложности, по российской классификации (от 1А до 6Б). двое из нас ходили много пятерок и даже 6А, так что казалось бы, какие могут быть проблемы. на маршрут вышли впятером. давно не лазал таким паровозом, все-таки в двойке все гораздо быстрее и проще. стартовали в 4.30, чтобы пролезть первые простые участки при свете фонариков, а дальше захватить весь световой день – маршрут длинный, перепад почти 1300 метров, лучше иметь запас по времени. через час рассвело и все силы пришлось бросить на фотографирование. все-таки ничего столько же красивого, как горы, еще не придумали. ну ладно, может некоторые женские лица и тосканские холмы. альпинистский опыт в нашей пятерке был распределен неравномерно, так что двигались мы медленно и надежно, но все-таки к 11 вскарабкались на швейцарскую вершину. оттуда по узкому гребню еще сгоняли на итальянскую. встретили двух поляков, которые поднялись по итальянскому гребню. вершина – маленький пятачок, лучше стоять пристрахованным. вокруг – красота и виды. высоко в горах, там, где уже ничего не растет, отчетливо понимаешь, что для людей эти места, конечно, не предназначены. а для меня – очень даже. тихо, чисто, красиво (очень) и мало людей – идеальные экстерьеры. наши не очень опытные участники двигались все медленнее, так что спускались мы еще неспешнее, чем поднимались. впрочем опытные участники, в лице нас с Виктором Савиновым, тоже лажали безбожно и периодически промахивались мимо оптимального спуска. маршрут технически простой, никакого сложного лазания, но навигация – настоящая головоломка. медленные альпинисты встречают в горах не только рассвет, но и закат. ни о чем не жалею – ради такой красоты можно и пострадать. вместе с закатом нас догнал шторм, отхватили все сразу: дождь, град, мокрые скалы, мокрые альпинисты и поиски спуска в темноте. но наша команда тихоходок бодрилась и еще взяла под крыло двух заплутавших на спуске японцев. под конец был драматичный момент – минут 30 ждали на гребне Виктора и Елену, которые спускались прямо за нашей тройкой, а потом вдруг куда-то пропали. темень, ветер, ливень, мы пытаемся до них докричаться, светим фонарями – тишина. я уж начал нехорошее думать. и наконец – показались! три часа спускались в темноте по мокрым скалам, но всех семерых спустили вниз живым и здоровым. 19 часов на горе, а дальше горячий суп и горячий душ. БЛАЖЕНСТВО. скорее бы опять в горы (в двойке) (несколько фотографий не мои, а Салавата, Виктора, Елены и Паши)

+6

записочки от тех, кому мы помогали дезертировать в последнее время