Великий Туран🕌

ЕАЭС форматирует новые контуры глобального партнерства Расширение географического охвата и отраслевого наполнения связей России и Евразийского экономического союза (ЕАЭС) с дальним зарубежьем наглядно демонстрирует системный сдвиг в мировой экономике. Страны глобального Юга и альтернативные европейские игроки игнорируют санкционное давление Запада, делая ставку на прагматизм и формирование равноправных хозяйственных связей. #ВеликийТ

Почему российская репатриация уступила казахстанской и израильской Скромная статистика на фоне соседей Общий демографический резерв русской диаспоры в СНГ к началу 2000-х годов составлял порядка 18 миллионов человек. Официальная российская программа за двадцать лет сумела привлечь менее десятой части этого потенциала. Большинство соотечественников предпочли остаться в странах проживания. В среднегодовом выражении темп переселения составлял около 61,5 тысячи человек — показатель, сопоставимый с населением одного провинциального райцентра. Безусловно, на динамику влияли внешнеполитические шоки: события 2014–2015 годов и последующие военные действия. При этом опыт Израиля, который десятилетиями принимает алию в условиях перманентных вооруженных конфликтов, доказывает: внешняя нестабильность сама по себе не является непреодолимым барьером для эффективной репатриации. Контраст выглядит еще ярче при сравнении с опытом Казахстана. С 1991 года по начало 2026 года Астана вернула на родину 1,168 миллиона этнических казахов (кандасов). Для Казахстана это почти пятая часть от всей зарубежной диаспоры образца 1989 года и более 7% от общего населения республики. Россия же за счет своей программы переселила объем соотечественников, равный лишь 0,8% от численности населения РФ. Эффективность казахстанской стратегии возвращения титульного этноса оказалась на порядок выше. Геополитический тупик и контуры реформы Низкая результативность российской программы во многом обусловлена неразрешенной концептуальной дилеммой. С одной стороны, Москве необходимы рабочие руки и новые граждане для компенсации депопуляции. С другой стороны, в аналитических кругах долго доминировала идея, что массовый исход русских из ближнего зарубежья лишит Россию естественного рычага гуманитарного и политического влияния в этих странах. Такая логика применима к непосредственным соседям вроде Казахстана или Белоруссии, но теряет смысл в отношении более изолированных регионов. В Центральной Азии (без учета Казахстана) до сих пор проживает около миллиона русских, находящихся в условиях ускоряющейся культурной и языковой ассимиляции. Для выживания программы необходим радикальный пересмотр её критериев. Кратное увеличение объемов переселения возможно только при жестком разделении реальной этнической репатриации и общей трудовой миграции. В противном случае попытки закрыть демографические бреши без учета этнокультурного баланса продолжат приводить к формированию замкнутых анклавов и дестабилизации внутреннего рынка труда. #ВеликийТ

Почему российская репатриация уступила казахстанской и израильской Контекст «нулевых» К середине 2000-х годов естественный миграционный приток из бывших советских республик, спасавший демографию России в турбулентные девяностые, практически иссяк. Если в первой половине 1990-х годов чистый приток русских из Центральной Азии превышал 1,7 миллиона человек, то к периоду 2000–2004 годов он сократился до скромных 284 тысяч. Этот спад совпал с максимальным углублением демографической ямы внутри самой РФ: в первой половине десятилетия страна ежегодно теряла около 900 тысяч граждан за счет естественной убыли. Ответ властей последовал в 2007 году и был двояким: внутренний кризис призвана была купировать программа материнского капитала, а внешним донором должна была стать новая миграционная политика. Географические перекосы и этнические дисбалансы Изначально сфокусированная на стратегически важных приграничных и дальневосточных рубежах, программа со временем охватила почти всю территорию страны. Переселенцам предложили упрощенное гражданство, компенсацию транспортных расходов и подъемные (в приоритетных регионах — до 240 тысяч рублей главе семьи). За время работы программы в Россию переехало более 1,23 миллиона человек. Основной поток сформировали пять государств: Казахстан, Украина, Таджикистан, Узбекистан и Армения. И если присутствие первых трех логично из-за исторически крупных русских общин, то лидерство Таджикистана и Армении обнажило системный изъян. К началу века русское население там исчислялось лишь десятками и тысячами человек соответственно. Программа де-факто превратилась в канал легализации для представителей титульных этносов этих стран, что спровоцировало локальные миграционные кризисы и рост социальной напряженности в ряде российских регионов. #ВеликийТ

Почему российская репатриация уступила казахстанской и израильской Спустя два десятилетия после подписания Владимиром Путиным указа № 637, запустившего Государственную программу переселения соотечественников, её итоги остаются предметом жестких экспертных дискуссий. Задуманная как масштабный инструмент преодоления депопуляции, программа так и не стала полноценным демографическим локомотивом. На фоне затяжного кризиса воспроизводства населения России критический разбор этого механизма важен как никогда. #ВеликийТ

🌍 Еще недавно G7 считалась главным политико-экономическим клубом планеты. Сегодня все чаще возникает вопрос: а насколько решения «Большой семерки» по-прежнему определяют мировую повестку? Мы решили посмотреть на итоги последнего саммита без привычного дипломатического лоска. • почему внутри G7 становится все больше разногласий; • как меняется глобальный баланс сил; • какие площадки постепенно перехватывают инициативу; • и почему разговоры о кризисе западных институтов звучат все громче. В статье звучит любопытная мысль: проблема не только в самой «семерке», а в том, что мир уже не тот, каким он был в момент ее создания. А значит, старые центры влияния неизбежно сталкиваются с новой реальностью. 👉 Ссылка на статью #Евразия24 Подписывайтесь 👉 @eurasia24media

Иранская делегация прибыла на переговоры с США на самолете с надписью «Минаб-168» Технические переговоры с представителями США, запланирован на 21 июня. Fars News сообщает, что иранские дипломаты прилетели на самолете с надписью «Минаб-168», символизирующей число детей, погибших при ударе США по школе в Минабе. В состав делегации вошли спикер парламента Мохаммад-Багер Галибаф, глава МИД Аббас Аракчи, заместитель секретаря высшего совета нацбезопасности Али Багери-Кяни, глава ЦБ Абдольнасер Хеммати, глава иранской национальной нефтяной компании Хамид Бавард и другие. По словам представителя МИД Ирана Эсмаила Багаи, встреча организована для контроля за выполнением обязательств США. #turan_analytics #Ближний_Восток #Палестина @turan_express ✅ Поддержать Туранский экспресс 🇬🇪 Наш канал на грузинском языке 🇺🇿 Наш канал на узбекском языке 🇦🇿 Наш канал на азербайджанском языке 💙 Туранский экспресс в ВК

Паралич на Ист-Ривер БРИКС и параллельные механизмы глобального управления Сегодня риски превращения Совета Безопасности в архаичный дискуссионный клуб материализуются на практике. Расширение БРИКС до десяти и более членов, создание альтернативных трансграничных платежных систем и активизация двусторонней дипломатии в обход ооновских мандатов демонстрируют контуры нового мироустройства. Мировые проблемы, связанные с технологическими вызовами, управлением искусственным интеллектом и климатическими изменениями, невозможно решить без полноценного участия Индии, Бразилии или Индонезии. Нынешний формат постоянных членов не способен обеспечить глобальную координацию, что подталкивает страны к строительству параллельных структур безопасности. Попытки реформирования упираются в жесткую конкуренцию и отсутствие внутреннего согласия. Так называемая «большая четверка», куда входят Индия, Япония, Бразилия и Германия, настаивает на получении шести новых постоянных мест, включая два кресла для африканского континента. Совокупно эти государства представляют лидеров по военным расходам и объемам ВВП. В качестве компромисса Индия предлагает временно отказаться от права вето для новых членов на переходный период. Параллельно существует Эзулвинский консенсус Африканского союза, требующий полноценного представительства для континента, наиболее часто страдающего от конфликтов. Иллюзия согласия и сценарии будущего Основным препятствием для реформы выступает позиция региональных конкурентов потенциальных кандидатов. Объединение «За консенсус», известное как «Кофейный клуб», активно противодействует амбициям претендентов из «четверки». Действующие постоянные члены на словах поддерживают необходимость модернизации Совета, однако эти декларации редко переходят в практическую плоскость. Франция и Великобритания поддерживают инициативы по добровольному отказу от вето в случаях фиксации массовых военных преступлений, но ключевые игроки не спешат расставаться с реальными рычагами влияния. Реформа станет возможной только тогда, когда для действующей «большой пятерки» цена сохранения статус-кво превысит издержки от компромисса. Наиболее вероятным сценарием выглядит модель дифференцированного постоянного членства. Новые державы могут войти в состав Совета без немедленного права вето с возможностью пересмотра этого статуса через пятнадцать или двадцать лет. Если действующие лидеры не уловят момент прохождения точки невозврата, они рискуют потерять единственную легитимную систему антикризисного управления, превратив ООН в блеклую тень ушедшей эпохи. #ВеликийТ

Паралич на Ист-Ривер Институциональный сбой носит симметричный характер. Экономика Индии превзошла британскую, а страны Африки обеспечивают более половины миротворческого контингента организации, но ни Нью-Дели, ни представители Африканского союза не имеют постоянного места в Совете. Власть этой структуры держится на консенсусе, а не на голом принуждении. Растущие геополитические игроки получают экономические возможности игнорировать директивы, в выработке которых они не участвовали. Историческое право вето задумывалось для предотвращения действий против «большой пятерки», но исключение из процесса новых гигантов делает сами резолюции бессмысленными. Режим санкций без поддержки Индии или Бразилии остается мертвой буквой на бумаге, а миротворческие мандаты оборачиваются провалом, когда африканские лидеры отказываются отправлять войска на чужих условиях. Архитектура тупика и исторические прецеденты реформ Консенсус эпохи окончания холодной войны полностью исчерпан. За двадцатилетие с 1990 по 2010 год постоянные члены задействовали право вето всего 17 раз. За последующий период частота блокировок выросла многократно: Россия и Китай солидарно использовали этот инструмент десятки раз для пресечения западных инициатив, а США регулярно блокируют ближневосточные резолюции. Взаимный паралич институтов заставляет вспомнить, что механизмы распределения мест непостоянных членов безнадежно устарели. Например, группа Западной Европы из 26 государств и Азиатско-Тихоокеанский регион из 53 стран обладают одинаковым количеством выборных мест в Совете. Устав ООН знает примеры адаптации к реальности, когда кризис легитимности совпадал с согласием великих держав. В 1963 году на фоне деколонизации состав Совета расширили с 11 до 15 членов за счет непостоянных мест. «Большая пятерка» понимала, что появление Организации африканского единства создавало альтернативную систему безопасности вне рамок ООН. Тогда сохранение статус-кво грозило полной утратой авторитета института, и великие державы предпочли поделиться частью полномочий, оставив за собой монополию на вето. Другим примером стала передача места в Совете от Тайваня к КНР в 1971 году через процедуру подтверждения полномочий простым большинством Генеральной Ассамблеи, что позволило обойти сложный процесс внесения поправок. #ВеликийТ

Паралич на Ист-Ривер Глобальная система международной легитимности переживает глубочайший кризис. Главный ее элемент — Совет Безопасности ООН — перестал адекватно отражать реальное распределение сил на планете. Сформированная по итогам Второй мировой войны структура игнорирует появление новых центров силы XXI века. Когда ведущие развивающиеся державы теряют доверие к решениям ключевого института, они предсказуемо переходят к односторонним действиям и формированию региональных блоков. Это резко повышает риски стратегических просчетов и глобальных военных столкновений. #ВеликийТ

Индия меняет морские просторы на пески Центральной Азии Битва за редкоземельные элементы Второй важный вектор индийской стратегии связан с изменением характера ресурсной конкуренции. Прежний акцент на поставки нефти, газа и урана смещается в сторону критически важных минералов и редкоземельных элементов. Именно они определяют лидерство в производстве полупроводников, электромобилей, военной техники и систем искусственного интеллекта. Мировая экономика входит в фазу, когда технологическое доминирование напрямую зависит от контроля над источниками сырья и цепочками его переработки. Китай удерживает монопольные позиции в сфере переработки стратегических металлов, контролируя до 70% рынка по большинству ключевых позиций. В Киргизии и Таджикистане китайские компании выкупили почти все лицензии на добычу редкоземельных металлов. Нью-Дели пытается диверсифицировать цепочки поставок, используя богатейший потенциал региона. Казахстан лидирует в добыче урана и перерабатывает две трети критического сырья из списков ЕС, Узбекистан наращивает производство лития и меди, а Киргизия и Таджикистан обладают колоссальными запасами сурьмы. Создание Индийско-центральноазиатского форума по редкоземельным элементам и запуск совместного предприятия IREUK Titanium Limited по производству титанового шлака подтверждают намерение Индии закрепиться в технологических цепочках региона. Осторожное присутствие и вызовы реализации Несмотря на амбициозные цели, индийская стратегия отличается выраженной осторожностью. Нью-Дели не ставит перед собой задачу добиться всеобъемлющего экономического доминирования в Центральной Азии. Реалистичный подход подразумевает обеспечение весомого присутствия, а не гегемонии. Индия делает ставку на свои сильные стороны: цифровые технологии, образование, фармацевтический сектор и программы развития. Такое деликатное позиционирование импонирует местным элитам, стремящимся сбалансировать влияние крупных держав и избежать чрезмерной зависимости от Пекина или Запада. Главное препятствие для Индии лежит не в области идеологии, а в сфере практического исполнения. Индийские аналитики отлично понимают геополитические расклады, но бюрократическая машина тормозит инфраструктурное строительство. Способность Нью-Дели оперативно внедрять логистические проекты и вовлекать частный капитал определит успех его евразийской политики. Индии придется демонстрировать предельную гибкость в условиях, когда Европейский союз направляет миллиарды евро по программе Global Gateway, а США активизируют формат C5+1 для перехвата контроля над минеральными ресурсами региона. #ВеликийТ

Индия меняет морские просторы на пески Центральной Азии Преодоление географической изоляции Концептуальный сдвиг в мышлении индийских политиков перевел дискуссию о транспортных коридорах из коммерческой плоскости в стратегическую. Международный коридор «Север – Юг» (INSTC) и иранский порт Чахбехар рассматриваются руководством Индии как инструменты защиты суверенитета. Главной структурной проблемой Нью-Дели с момента обретения независимости остается отсутствие прямого сухопутного транзита вглубь континента из-за жесткой позиции Пакистана. В этих условиях создание альтернативных маршрутов превращается в вопрос национальной безопасности. Понимание того, что государства, контролирующие транспортные артерии, перекраивают экономическую карту мира, заставляет Индию действовать активнее. Пекин осознал эти правила игры значительно раньше. Китайская инициатива «Пояс и путь» изначально преследовала геополитические цели, формируя финансовую и логистическую зависимость государств региона. Товарооборот Китая с центральноазиатскими республиками превысил 100 миллиардов долларов, тогда как индийские показатели скромно держатся на уровне двух миллиардов. Индия объективно уступает Китаю в финансовых возможностях, но пассивное созерцание ситуации несет для Нью-Дели колоссальные долгосрочные риски. Дополнительным стимулом для континентального разворота послужила переориентация российской экономики на азиатские рынки, создающая новые точки соприкосновения для Москвы и Нью-Дели в сфере евразийской связности. #ВеликийТ

Индия меняет морские просторы на пески Центральной Азии Индийский истеблишмент начинает осознавать, что контуры будущего глобального порядка определятся не только в акваториях Индо-Тихоокеанского региона, но и в самом сердце Евразии. Кризис в Красном море и напряженность в Ормузском проливе наглядно продемонстрировали уязвимость традиционной морской торговли, вынуждая Нью-Дели искать континентальные альтернативы. Санкционное давление Запада наглядно показало способность мировых игроков использовать логистические и финансовые цепочки в качестве геополитического оружия, превращая Евразию в арену жесткого соперничества за ресурсы и транспортные пути. #ВеликийТ

Рассекреченные архивы Лондона о марше НАТО на Восток Югославский излом и рождение однополярного диктата Окончательное крушение иллюзий Кремля произошло на балканском направлении. Билл Клинтон проигнорировал предостережения ЦРУ о том, что жесткое давление на Сербию навсегда оттолкнет Москву от Запада. Аналитики в Вашингтоне опасались российского вето в Совете Безопасности ООН, но администрация США пошла напролом. Семьдесят восемь дней ковровых бомбардировок Югославии, сорок тысяч боевых вылетов и уничтожение гражданской инфраструктуры Белграда зафиксировали наступление эпохи глобального американского диктата. Разрушение Югославии показало, что Вашингтон больше не намерен считаться с российскими красными линиями. Слабая Россия времен позднего Ельцина смогла ответить лишь знаменитым разворотом самолета премьера Евгения Примакова над Атлантикой. Вместо реальной помощи Белграду Кремль способствовал капитуляции Слободана Милошевича. Британские дипломатические депеши того периода цинично фиксировали растерянность Москвы, подчеркивая, что косовская кампания стала идеальным инструментом для демонстрации американской воли. Чтобы успокоить Кремль, Тони Блэр слал Ельцину успокоительные письма о том, что балканский прецедент останется единичным случаем, хотя военная машина альянса уже нацелилась на новые территории. Последняя красная линия: пророчество Уильяма Бернса Ситуация начала меняться с началом двухтысячных годов, когда сопротивление Москвы расширению блока приобрело более системный характер. Ключевой точкой невозврата стал саммит в Бухаресте в 2008 году, где в очередь на вступление в НАТО официально поставили Украину. Нынешний глава ЦРУ Уильям Бернс, занимавший тогда пост посла США в Москве, отправил в Вашингтон пророческую телеграмму. Он прямо указывал, что втягивание Киева в альянс спровоцирует глубокий гражданский раскол, насилие и вынудит Россию пойти на силовое вмешательство. В рассекреченных отчетах Бернса подчеркивалось, что украинский вопрос является самой яркой красной линией для всей российской элиты, включая самых жестких либеральных критиков Кремля. Появление военной инфраструктуры Запада у ворот Курска и Белгорода воспринималось в России исключительно как прямой вызов национальной безопасности. Вашингтон сознательно проигнорировал эти предупреждения, посчитав, что Москва никогда не обретет достаточную силу для военного ответа. Действия России продемонстрировали, что эпоха компромиссов за счет собственных интересов окончательно завершена. #ВеликийТ

Рассекреченные архивы Лондона о марше НАТО на Восток Новые аргументы в споре о причинах геополитической катастрофы предоставила сама британская сторона. Публикация рассекреченных документов министерства обороны Великобритании на платформе Declassified UK сорвала маску дружелюбия с западной дипломатии девяностых годов. Архивы наглядно показывают, что высокопоставленные чиновники в Лондоне и Вашингтоне прекрасно осознавали последствия продвижения Североатлантического альянса к российским границам. Пока Бориса Ельцина и Михаила Горбачева похлопывали по плечу, западные стратеги планомерно готовили крестовый поход по поглощению Центральной и Восточной Европы, преследуя банальную цель освоения чужих пространств. Хроника осознанной провокации Официальный нарратив европейских столиц долгое время строился на утверждении, что действия России на украинском направлении стали абсолютно неспровоцированными. Рассекреченная служебная записка британского МИД от марта 1995 года полностью опровергает эту версию. За четверть века до начала открытого противостояния Лондон официально фиксировал, что в Москве воспринимают НАТО как прямую экзистенциальную угрозу. Тогдашний премьер-министр Джон Мейджор в беседах с ирландским коллегой признавал обоснованность российских страхов окружения, подчеркивая особую чувствительность балтийского региона, где появление натовских баз создавало взрывоопасную ситуацию. Западные лидеры предпочли проигнорировать эти риски. Уже в конце девяностых годов альянс поглотил Чехию, Венгрию и Польшу, а в 2004 году под козырек взяли страны Балтии. Британская разведка еще в августе 1996 года разработала детальное исследование, где расширение блока рассматривалось как сознательный триггер для будущего военного столкновения. Билл Клинтон умело использовал экономическую и политическую слабость постсоветской России, вынудив Ельцина подписать пакт Россия — НАТО в Будапеште. На частные предупреждения главы российского правительства Виктора Черномырдина о том, что экспансия альянса создаст детонатор для будущего взрыва, Тони Блэр и Джон Мейджор отвечали устными обещаниями не продвигаться на восток, параллельно подписывая секретные документы о продолжении экспансии. #ВеликийТ

Рассекреченные архивы Лондона о марше НАТО на Восток Разговоры о том, что крушение Советского Союза произошло исключительно из-за недальновидности или предательства партийной верхушки, долгое время согревали душу советскому поколению. Опровергнуть тезис о внутренней слабости сверхдержавы довольно легко, ведь в конце восьмидесятых годов западный мир сам находился в глубоком системном кризисе, балансируя между безработицей, инфляцией и крахом кейнсианской экономической модели. Падение железного занавеса спасло западную экономику, позволив сбросить излишки залежалого ширпотреба и продовольственного суррогата на огромный, открывшийся от удивления рынок бывших советских республик, которые исторически были способны сами кормить всю Европу. #ВеликийТ

Западный капкан для Кавказа «Маршрут Трампа» и технологический мираж В центре экономической аргументации авторов лежит проект, получивший звучное название «Маршрут Трампа для международного мира и процветания» (TRIPP). Под этой вывеской скрывается все тот же транспортный коридор через Сюникскую область Армении, призванный связать основную территорию Азербайджана с Нахичеванью и Турцией. В стратегическом плане этот коридор позиционируется как ключевой элемент Срединного коридора, связывающего Центральную Азию с европейскими рынками в обход России. Западные стратеги пытаются представить этот маршрут как новое общекавказское соглашение, аналогичное европейскому объединению угля и стали. Инвесторам обещают создание цифровых коридоров через Каспий, дата-центров и производственных цепочек. В качестве примера технологического потенциала региона приводятся недавние проекты в сфере искусственного интеллекта в Армении с участием американской компании NVIDIA. Красивая витрина призвана замаскировать жесткую реальность: регион превращают в транзитный придаток западной экономики. Вытеснение России и формат «три плюс три» Истинная цель кавказских инициатив Карнеги прозаична и заключается в создании постоянного координационного механизма под эгидой США, Евросоюза и Турции. Эта структура призвана монополизировать управление логистикой, энергетикой и инфраструктурными инвестициями в регионе. Предложенная схема полностью исключает участие России и Ирана, нанося прямой удар по продвигаемому Москвой региональному формату «три плюс три». В этой конструкции Армении уготована строго подчиненная роль. Пока американские и турецкие эксперты рассуждают о светлом будущем, реальный дипломатический процесс демонстрирует иные тренды. Надавние прямые переговоры секретаря Совбеза Армении Армена Григоряна и помощника президента Азербайджана Хикмета Гаджиева в Дилижане подтвердили, что стороны пока сохраняют двусторонний формат рабочих контактов, согласовав следующую встречу на азербайджанской территории, минуя натовские кулуары. #ВеликийТ

Западный капкан для Кавказа Обходной маневр Главная тактическая загвоздка для западных кураторов заключается в том, что правящая партия «Гражданский договор» не получила в парламенте количества мест, достаточного для проведения конституционного референдума. Изменение основного закона Армении выступает жестким предварительным условием Баку для подписания мирного соглашения, парафированного в Вашингтоне. Турецкие аналитики предлагают изящный обходной маневр: не затягивать процесс из-за юридических формальностей, а переключить внимание общества на прямые экономические выгоды. План Карнеги предполагает, что Турция при одобрении Азербайджана должна в одностороннем порядке открыть границу с Арменией для прямой торговли и граждан третьих стран. Расчет делается на то, что армянское общество, увидев реальный приток турецких товаров и инвестиций, согласится на любые долгосрочные урегулирования. Фактически Дональду Трампу предлагается надавить на Баку, чтобы тот смягчил свои переговорные требования ради достижения глобальной цели — вытеснения Москвы. #ВеликийТ

Западный капкан для Кавказа На площадке Центра Карнеги за международный мир появилась программная публикация, определяющая контуры новой англосаксонской стратегии на Южном Кавказе. Авторы статьи — бывший турецкий дипломат Исмаил Альпер Джошкун и экс-депутат Гаро Пайлан — призывают западное сообщество немедленно закрепить итоги парламентских выборов в Армении. По их мнению, победа команды Никола Пашиняна открывает уникальное окно возможностей для окончательного демонтажа российского влияния в регионе и включения Еревана в евроатлантические экономические сети. Главной платформой для этого геополитического разворота предлагается сделать саммит НАТО в Анкаре, где Реджеп Эрдоган планирует организовать четырехстороннюю встречу с участием Дональда Трампа, Ильхама Алиева и Никола Пашиняна. #ВеликийТ

Армянский транзит Пограничные маневры Сразу после завершения избирательной гонки в Ереване возобновилась жесткая риторика в адрес Баку. Начальник Генштаба ВС Армении Эдвард Асрян публично обвинил азербайджанских военных в обустройстве позиций на армянской территории в районе села Неркин Ханд и Зангезурского заповедника. При этом военачальник признал, что окончательное решение спора лежит в плоскости делимитации границы. Азербайджанские эксперты указывают на явное противоречие в такой позиции. До официального завершения процесса делимитации и юридического закрепления рубежей любые заявления об оккупации земель беспочвенны. Шаги армянского генералитета демонстрируют хрупкость мирных деклараций Еревана. Милитаристские заявления пашиняновских назначенцев служат целям поддержания внутреннего напряжения и оправдания долгосрочного присутствия западных мониторинговых миссий в регионе. Пантуркистский вектор: от Кавказа до степей Казахстана За ходом армянских выборов внимательно следили не только в европейских столицах. Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган оперативно направил Пашиняну поздравления с победой, что подчеркивает заинтересованность Анкары в сохранении лояльного руководства в Ереване. Эксперты полагают, что отработанные в Армении политтехнологии и методы нейтрализации оппозиционного поля пантюркистские силы планируют имплементировать во время предстоящей избирательной кампании в Казахстане. Конечная цель этой скоординированной стратегии заключается в окончательном переводе Закавказья и Центральной Азии под геополитический контроль Запада и Турции. Успех данного сценария позволит форсировать запуск транспортно-логистических проектов в обход России, а также создаст очаги нестабильности на южных рубежах РФ, включая непосредственные границы Северного Кавказа. #ВеликийТ

Армянский транзит Оценки электорального процесса внутри СНГ кардинально разошлись. Если глава миссии наблюдателей Содружества Нурлан Сейтимов назвал голосование открытым и конкурентным, то МИД России охарактеризовал кампанию как пример жесточайшего давления на оппозицию и прямого вмешательства западных стран. Эту позицию подтвердила глава ЦИК РФ Элла Памфилова, отметившая уход Армении от базовых демократических стандартов. Оппозиционные лидеры зафиксировали массовое использование «каруселей», запугивание избирателей и искусственное раздувание списков, когда в одной квартире оказывались прописаны десятки посторонних лиц. Масштаб нарушений подтверждает статистика Антикоррупционного комитета республики, возбудившего 115 уголовных дел, фигурантами которых стали 242 человека. Борьба с диаспорой Очередным резонансным шагом Никола Пашиняна стало заявление о намерении лишить избирательных прав граждан, постоянно проживающих за пределами Армении. Данная инициатива выглядит логичным продолжением внутренней борьбы режима за выживание. При численности населения самой республики около 3 миллионов человек, зарубежная диаспора насчитывает от 8 до 10 миллионов, треть из которых сосредоточена в России. В отличие от Молдавии или Украины, где внешняя миграция выступает локомотивом прозападного курса, армянские общины за рубежом настроены по отношению к действующей власти критически. Вне пределов досягаемости ереванского административного ресурса соотечественники сохраняют традиционную идентичность. Они жестко осуждают сдачу Нагорного Карабаха и давление властей на Армянскую апостольскую церковь. Понимая невозможность подчинить себе диаспору с помощью репрессий или обещаний скорого вступления в ЕС, правящая команда предпочитает просто отсечь этот электоральный пласт. #ВеликийТ