Гофман Игорь (Игал) Авраалович

С возрастом пришел к довольно интересному выводу, что мои записки или же комментарии, в которых на одну мысль приходится иногда десяток различных интерпритаций, напоминают систему автоматического управления с избыточной обратной связью, т.е. сигнал уже поступил, а регулятор продолжает выяснять откуда он взялся и кому собственно предназначался, при этом краткость как известно сестра таланта, а сестра это уже понятие семейное, и тут можно вспомнить моих т.н. родственников, которых по различным вариантам оказывается значительно больше, чем реальных читателей моих статей, хотя последние видимо не имеют столько свободного времени, чтобы читать этот текст и разбираться во всех моих изысканиях, к тому же мне самому это не под силу, но писать, как во мне всегда присутствовала, причем интересен здесь вопрос самоанализа, поскольку анализировать других значительно проще, чем самого себя, особенно когда перечитываешь собственные комментарии и обнаруживаешь, что первоначальная мысль была вполне разумная, а ее дальнейшее развитие уже трошки напоминает разговор нескольких человек, причем все они это я, только в разное время, да еще с мобильного телефона писать стало настоящей морокой, пока набираешь предложение, забываешь предыдущее, начинаешь перепечатывать, пытаешься згадати первоначальный смысл, а в результате получается такое, что самому читать неудобно, кстати в Торе Моисей жаловался Всевышнему, что он тяжел устами и языком, после чего ему в помощь был определен его брат Аарон, т.е. один думает, другой говорит, а третий в данном случае Всевышний, определяет сам порядок передачи информации, что в определенном смысле напоминает устройство современных вычислительных систем, где процессор, память и устройство вывода выполняют различные функции, при этом если обратиться к иудейскому пониманию письменной и устной Торы, то возникает еще вопрос, кто именно и насколько правильно интерпритирует первоначальное сообщение, поскольку Мишна и Гмара это уже комментарии к комментариям, и объем последних значительно превосходит исходный материал, причем в иврите текст читается справа налево, в отличие от русского, а числа обычно записываются в обратном по отношению к буквам направлении, что само по себе интересно с точки зрения человеческого восприятия, ведь часы у нас движутся слева направо по верхней части циферблата, хотя время никакого направления в пространстве не имеет, а циферблат круглый, т.е. фактически мы имеем дело с условностью, которую принимаем за естественный порядок вещей, и вот здесь уже можно вспомнить старые механические часы с маятником, где точность хода зависит в частности от его длины, температуры и силы тяжести, а в Херсоне например на железнодорожном вокзале часы всегда имели несколько иное значение, поскольку по ним люди ориентировались не столько во времени вообще, сколько в необходимости успеть на поезд, который мог отправляться по расписанию, а мог и с опозданием, причем само расписание составлялось заранее, еще до того как пассажир покупал билет.