Как исконно бразильская босса-нова покорила Японию На первый взгляд, между Бразилией и Японией не может быть абсолютно ничего общего. Одна ассоциируется со знойными пляжами, футболом и преступными фавеллами, другая — с аккуратно причесанными кварталами, цветастым неоном и аниме. Но на самом же деле между странами существует, можно сказать, такой культурный мостик. Бразильские суши-бары считаются одними из лучших в мире, в Японии активно продается бразильский кофе, да и в традиционных боевых искусствах у народов немало общего. Вдобавок ко всему этому, японцы каждый год отмечают у себя бразильский карнавал. Началась вся эта партнерская история более ста лет назад. В прошлом веке Япония столкнулась с демографическим всплеском, Бразилия же как раз отменила у себя рабство и остро нуждалась в дешевой рабочей силе для прокачки экономики. По итогу страны заключили между собой соглашение о трудовой миграции, и в Бразилию переехали сотни тысяч японцев, многие из которых остались там навсегда. До сих пор в Сан-Паулу существуют целые японские районы с бесчисленными иероглифами, традиционными арками и алыми фонариками. Вместе с людьми через Тихий океан начала путешествовать и культура. Поэтому когда в пятидесятых в Бразилии босса-нова начала оформляться как жанр, она вполне органично вписалась и в японский быт. Мелодичный нежный вокал, акустическая гитарка и умиротворение идеально ложились на сдержанную японскую эстетику (в отличие, например, от шумного американского бибопа). Символом и главной иконой такого интересного культурного обмена стала Lisa Ono. Она родилась в семье японских эмигрантов, а в подростковом возрасте перебралась на историческую родину — в Токио. Там она начала записывать альбомы на португальском языке, которые впоследствии успешно разошлись миллионными тиражами по всей Азии. Среди других представителей японо-бразильской волны можно выделить Lamp, Taeko Onuki и Minuano. Но и настоящие легенды, стоящие у истоков босса-новы, всегда с особой теплотой относились к стране восходящего солнца. Так, отец-основатель жанра Жуан Жилберту (кстати, именно он записал бессмертную The Girl From Ipanema) на старости лет обожал выступать здесь и говорил, что нигде в мире не встречал настолько внимательной и сконцентрированной публики. По воспоминаниям продюсеров, между песнями он мог делать паузы на десять-двадцать минут, выбирая следующую композицию, и за все это время не услышать из зала ни единого слова. Наверное, именно из-за такого спокойного характера с бесконечным уважением к людям вокруг, в японских виниловых магазинах мелодичный джаз и бразильская босса-нова пользуются особой популярностью.