Кентербери — тихий городок, из которого выросла целая музыкальная сцена Давайте сегодня переместимся в небольшой английский городок Кентербери, что недалеко от Лондона — местечко, из которого неожиданно вышла одна из самых странных музыкальных сцен Англии. Вообще, у города довольно занятная и бурная история. Поселение основали римляне еще в конце первого века нашей эры, позднее на него нападали викинги, несколько раз его сжигали дотла, а потом снова отстраивали. Со временем он и вовсе стал официальной духовной столицей Англии, в центре города построили собор, который, как ни странно, тоже сыграл роль в формировании местной музыкальной сцены. В начале 60-х годах совсем недалеко от города в большущем родительском доме рос мальчик по имени Роберт Уайатт — будущий музыкант и одна из ключевых фигур Кентерберийской сцены. Его музыкальный вкус формировался под влиянием джаза и классической музыки, которая как раз разносилась по городским улицам из вышеупомянутого собора. Через какое-то время в семье появился новый жилец — австралиец Дэвид Аллен, он снимал гостевой домик у родителей Роберта. Дэвид привез с собой целую кучу джазовых пластинок, какого-то друга барабанщика и совершенно иной образ жизни. Ходила легенда, что по улицам тихого городка Аллен ходил с банкой из-под собачьего корма на веревочке — типо это было его «домашнее животное». Разумеется, такой фактурный чудак в доме не мог не повлиять на подрастающего Уайатта. Через пару лет они совместно с еще одним товарищем основали свою группу The Wilde Flowers (в названии отсылочка на Оскара Уайльда). Они долгое время играли в местных пабах и клубах, то и дело репетировали, а вот полноценный студийный альбом так и не записали. Зато состав коллектива бесконечно менялся, поэтому через какое-то время они просто-напросто развалились на две части. Их первый «осколок» получил название Soft Machine. Они перебрались в Лондон и начали сочинять какой-то лютый психоделический авангард. Хотя в свое время группа вроде как была популярна, они даже ездили в туры вместе с Джими Хендриксом и прочими легендами музыки. Второй «осколок» от The Wilde Flowers — группа Caravan. Это уже более менее удобоваримый прог-рок, но опять же с нотками странной психоделики в духе группы Can. А вот Дэвида Аллена (того самого австралийца из начала истории, с которого все началось) через какое-то время вовсе перестали пускать в Англию. Он обосновался во Франции и вместе с местными музыкантами создал группу Gong. Короче говоря, вот так из одной небольшой группы, которая когда-то играла в пабах Кентербери, выросла целая сеть коллективов, отсюда и пошло название «Кентерберийская сцена». Через какое-то время эта сеть расползлась по всей Европе и обросла новыми группами: кто-то играл авангард, кто-то фьюжн, кто-то прог-рок или джаз. В общем-то у них было мало чего общего, разве что типичная рокерская жизнь. Поэтому до сих пор ведутся споры о том, стоит ли объединять все группы в одну общую сцену или это всего лишь очередной журналистский ярлык. Но самое интересное, что все эти коллективы составляли буквально одни и те же люди, которые десятки раз переходили из группы в группу и играли друг с другом в совершенно разных проектах. В интернете даже есть отдельные схемы, где фанаты пытаются проследить все эти бесконечные перемещения, выглядят они как какая-то супер запутанная карта метро. По сути именно Кентерберийская сцена заложила фундамент для формирования всего английского прогрессивного рока семидесятых и гигантов вроде Yes, King Crimson или Pink Floyd. Да, выходит так, что сегодня рядовой слушатель нечасто вспоминает или даже не знает про кентерберийцев. Но важнее немного другое: они стали любимой музыкой для огромнейшего числа современных звезд вроде Stereolab, Björk, Брайана Ино или Дэвида Гилмора. Да тот же самый Том Йорк не раз упоминал, что именно Роберт Уайатт больше других повлиял на его характерный вокал. Для супер мгновенного зашара как всегда подготовил для вас плейлист с главными хайлайтами Кентерберийской сцены, обязательно добавляйте!