Как Нью-Йорк и саундтрек от Даниэля Лопатина работают на ощущение одержимости в новом «Марти Суприме»? Позавчера мне наконец-то удалось посмотреть «Марти Суприм», которого я и сам уже не помню сколько ждал. Сейчас я с уверенностью могу сказать, что кино получилось ну просто роскошным, а в своеобразной «кинематографической дуэли» среди братьев Сафди выиграл Джошуа. Как оказалось, именно он стал носителем той самой ДНК их фильмов: манипулятивный протагонист, лихорадочный ритм, косвенная связь со спортом и сопутствующим азартом, еврейская идентичность, ну и самое главное — одержимость. Джош в интервью очень точно и увлеченно рассуждает о том, почему именно одержимость красной нитью проходит через все его творчество. «Марти Суприм» был его мечтой на протяжении нескольких лет. Он переписывал сценарий более сотни раз, забывая про собственную семью и бытовые обязанности, вставал с кровати и каждое утро задавался одним и тем же вопросом — где бы найти финансирование для странного фильма про пинг-понг, в который никто не верит. Что же это, если не одержимость? Именно поэтому Джош лучше всех знает, что это за субстанция такая и как ее можно круто показать на экране. Саундтрек к «Марти Суприму» создавался в родном для режиссера Нью-Йорке на протяжении десяти недель. Джош и музыкант Даниэль Лопатин закрылись в небольшой коморке на Манхэттене, обвесили стены старыми черно-белыми плакатами игроков в пинг-понг и в такой гнетущей атмосфере приступили к работе. В какой-то момент Даниэль не выдержал и сказал режиссеру: «Друг, мы пишем с тобой музыку потенциально к одному из главных фильмов года, неужели мы не заслужили чуть больше комфорта?» На это Джош ответил ему: чтобы кино получилось по-настоящему честным, мы просто обязаны находиться под постоянным давлением, как и главный герой. Лишь в самом конце записи, они-таки позволили себе немного роскоши и свели альбом в Electric Lady Studios (вот, кстати, мой пост про эту легендарную студию Джими Хендрикса). В «Марти Суприме» Джош объединяет тему одержимости с исследованием американской мечты и капитализма — идеями, которые доминировали в Америке как раз в 80-е годы. Отсюда и музыкальный выбор: фильм наполнен хитами того времени, несмотря на то, что действие разворачивается в 50-х. Концепт, которому Даниэль следовал при создании оригинального саундтрека — четкое разделение его на две части. Первая наполнена неоклассическими мотивами, олицетворявшие молодого Марти в традиционном, консервативном обществе. Для этих треков Даниэль даже обращался за советами к своей маме, которая когда-то давно в Советском Союзе преподавала классическое фортепиано. А вторая половина саундтрека — типичная для Даниэля, но от того не менее классная электронщина, которая показывает будущую, еще не сбывшуюся мечту Марти. Эпичный и напряженный саундтрек в сочетании с нищими «коммуналками» и богатыми отелями Нью-Йорка играют на то самое ощущение одержимости. В картинах Сафди родной город всегда играл роль полноценного персонажа (вспомните тот же самый «Uncut Gems»). Там, где большинство режиссеров для экономии «изображают» город, снимая в Чикаго или Торонто, братья принципиально работают на настоящих улицах Нью-Йорка, причем абсолютно не перекрывая их. Они показывают город таким, какой он есть на самом деле: шумным, нервным и лихорадочным, а если какой-то фактурный прохожий случайно попадет в их кадр — они наоборот обрадуются. И по итогу «Марти Суприм» оказывается не столько историей про пинг-понг, сколько про одержимость, сформированной под влиянием, в первую очередь личной мечты и огромного мегаполиса, где все вокруг постоянно стремятся чего-то добиться. Одержимость сначала придает смысл, со временем заполняет собой все свободное пространство творца (неважно режиссер это, художник, спортсмен или простой человек), а потом пожирает все вокруг и оставляет за собой пустоту. Фильм не романтизирует одержимость и мегаполисы, которые подпитывают ее. В то же самое время картина не предлагает от нее отказаться, а фиксирует ее как состояние, без которого исполнение большой мечты — фактически невозможно.