Marvin Gaye и потерянные бельгийские кассеты Последние годы жизни Марвина Гэя были, мягко говоря, не очень сладкими. Два развода подряд, алименты, судебные тяжбы, а ко всему этому добавились еще и проблемы со стороны налоговой службы США. Из-за всего этого Марвин переехал в Лондон, чтобы немного выдохнуть и спрятаться от преследований. Музыкант жил недалеко от центра города, часто ходил в местные ночные клубы, а на фоне хронических стрессов и юридических разбирательств пристрастился к алкоголю и наркотикам. И вот в 1981 году в одном из таких заведений Марвин познакомился и крепко подружился с бельгийским концертным промоутером (их совместное фото я приложил к посту). Спустя всего неделю музыкант и сам приехал погостить в Бельгию, он остановился в Остенде — небольшом городке на побережье Северного моря. По плану это должна была быть небольшая поездка на пару недель, а по итогу Гэй задержался там аж на полтора года. Бельгия и ее ландшафты оказали на Марвина по-настоящему терапевтический эффект, он много катался на велосипеде и бегал вдоль моря, постепенно возвращаясь к нормальной жизни, а через некоторое время снова оказался в студии звукозаписи. Именно в Бельгии он создал одну из своих самых известных песен под названием «Sexual Healing». Музыкант, кстати, задумывал ее как своего рода «саундтрек для занятий любовью». Какое-то время тогда Марвин жил в доме местного музыканта по имени Шарль Дюмолин. Когда проблемы с налоговой удалось уладить, Гэй вернулся в Лос-Анджелес. Но перед отъездом музыкант оставил Шарлю старые сценические костюмы, блокноты со своими записями и ценные кассеты с более чем 50 невыпущенными песнями. Музыкант сказал хозяину дома, что он может распоряжаться с ними как хочет. Спустя всего несколько лет после жизни в Бельгии Марвин Гэй трагически погиб от пули, выпущенной его же отцом священником. Все это добро бельгиец хранил у себя дома долгие годы и, видимо, никому об этом не рассказывал. В 2019 году Шарль также скончался, а старые кассеты с песнями стали принадлежать его семье. Интересно, что в Бельгии действует закон, по которому любая вещь (даже если вы ее украли) через 30 лет становится вашей полной собственностью, но при этом правило не касается интеллектуальной собственности. Простыми словами, сами физические носители сейчас принадлежат семье умершего Шарля, а вот песни, которые записаны на них, они публиковать не имеют права. Конечно, с моральной точки зрения, песни должны вернуться к родственникам Марвина Гэя, но вот были ли они переданы или нет — до сих пор неизвестно. Во всяком случае, в интернете записи пока нельзя найти, скорее всего стороны все еще пытаются договориться о их судьбе.