Гегельнегоголь

К смыслу Октябрьской революции. Часть 1. Как говорил известный революционер: «Революция — праздник угнетённых». Но остается ли праздничным день революции, случившейся 109 лет назад? Революции, которая в итоге одновременно и победила — и потерпела поражение? Нет ли какой-то злой иронии в чествовании революции, которая уже давно канула в Лету? Даже её наследника — государства, революцией рождённого — нет в живых уже 35 лет. В итоге: так что же мы празднуем (отмечаем, вспоминаем) 7 ноября? Конечно, для исторических реконструкторов и прочих левых фантазёров, путающих объективную реальность со сказочными выдумками своего субъективного сознания — у этой когорты (не самой малочисленной, надо сказать) вопрос о смысле 1917-го просто не может возникнуть. Для них прошедшие 109 лет как будто и не существуют, как будто «Аврора» вновь встала на рейде и навела свои шестидюймовки на Зимний. Такой левый вариант «можем повторить». Но оставим этих мечтателей в покое, наедине с их уютными фантазмами — ибо ничего не повторяется в истории. И Ленин («такой молодой, и юный Октябрь впереди») уже никогда не залезет на броневик на Финляндском вокзале. И вообще: не реакционно ли вспоминать о прошлом? Это отличительная черта мракобесов и реакционеров всех мастей — преклоняться перед прошлым, делать из него идола. С другой стороны, в pendant есть ведь и другая когорта современных «левых», не реконструкторов, напротив: испытывающих форменную идиосинкразию на любое обращение к истории — всё, что старее «сегодня» для них не существует. Кроме того, сам Маркс призывал не фетишизировать прошлое, цитируя по этому поводу библейскую максиму: «Пусть мёртвые хоронят своих мертвецов». Дескать, а мы тем временем пойдём дальше. Всё верно, но чтоб идти дальше, должна быть дорога — а она исчезает, если не понимать прошлого (собственно, это понимание и называется историей). Тут диалектика: и фетишизировать прошлое, замыкаться в нём нельзя — но и уподобляться бабочке-однодневке негоже. Ленин, кстати, следуя социал-демократической традиции, всегда отмечал 18 марта, день Парижской Коммуны, ставшей (в период до 1917 года) самым знаковым событием для социалистов всего мира. В этот день Ильич обычно читал доклад о Коммуне — естественно, читал не в духе реконструкторства, а о том, какие же уроки для актуальной политической борьбы нужно вынести из опыта 1871 года. Не «как повторить», а «как не повторить ошибки». Но чтобы не повторять ошибок прошлого, чтобы будущее было успешнее прошлого, надо это прошлое понять. Меж тем, Октябрьская революция до сих пор не понята, не осмыслена — в первую очередь у себя на родине, в России. Не формат Телеграмма — писать историко-философское эссе на эту тему. Поэтому телеграфно-пунктирно: