Толстовский Бонапарт Что ценнее: реальный Бонапарт или образ Наполеона-солдафона, созданный Толстым в «Войне и мире»? Что останется в веках? Я вам скажу, что образ Наполеона-солдафона из «Войны и мира» практически никто не знает. На Западе этот образ, может быть, в какой-то степени импонировал англичанам. Толстой был крайним англофилом, англичане его поддерживали, и, на мой взгляд, он был английским агентом влияния. Там всё было довольно серьёзно. Можно, например, посмотреть, как Толстой оценивал заключение стратегического союза между Россией и Францией. По смыслу он говорил примерно так: «Сволочи, мрази, что вы делаете? Зачем России Прибалтика? Зачем ей Украина? Всё это надо отдать другим. Зачем вообще заключать стратегический союз с Францией?» То есть его отношение к этому было совершенно однозначным. Вот примерно на таком уровне. Ну, написали ему что-то англичане — он это изложил. И всё прикрывалось духовностью. А никакой особой духовности там нет. Толстой — политический писатель. Он писал прежде всего на политические темы: аннексии, контрибуции, военные договоры и так далее. И всегда — с одной и той же точки зрения: в пользу Великобритании. За это англичане, соответственно, делали ему рекламу. И, конечно, для них образ Наполеона — их главного врага — был очень важен. Они сами создавали из него определённую фигуру, и Толстовский Наполеон хорошо в эту картину вписывался. Но во Франции, Германии и других странах этого практически не замечали. Никто не скажет, что главное в «Войне и мире» — какой-то особенный образ Наполеона. «Война и мир» — это Пьер Безухов, Болконский, Наташа Ростова. Если говорить о военной линии — капитан Тушин и другие персонажи. А Наполеона там, в сущности, просто нет. Фрагмент стрима №28 «Дмитрий Евгеньевич: Это май-баловник, это май-чародей» на ютубе, vk-видео и rutube.