Студенты Zа Ильина

Маркс и природа правящего слоя Маркс в своё время вывел и отметил, что в обществе, созданном человеком, всегда существует некая господствующая прослойка. То, что Маркс называет классом, он определяет по таким факторам, как капитал и способ его получения. Можно поразиться гению Маркса в том смысле, что он действительно увидел тенденцию к власти определённых групп — той же аристократии или буржуазии. Но одновременно можно разочароваться, осознав, насколько упрощённо он смотрит на то, что в силу своей идеологической ограниченности называет классом. Проблема подхода Маркса заключается в том, что он сосредотачивается исключительно на экономической сфере правящего слоя. Однако, если взглянуть на историю, экономический фактор невозможно определить однозначно. К примеру, аристократ в Священной Римской империи обладал своим статусом по праву земли. На Руси же принадлежность к аристократии определялась не только землевладением, но и службой самодержцу. В современных аристократиях, например в ОАЭ, статус может определяться активами в бизнесе. При этом сам по себе этот слой не утрачивает фундаментальной сути, которая была ему присуща изначально. Аристократ в ОАЭ ощущает и осознаёт себя аристократом, опираясь на право крови и принадлежность к роду, а не исключительно на заработок, как это было бы в случае с капиталистом. Это показывает, что Маркс увидел общую тенденцию к существованию правящего слоя, но не понял его сути, наделив его материалистическими и вульгарными характеристиками. Если мы обратимся к природе так называемого правящего слоя, то увидим, что его форму, а также то, кем он себя считает, в первую очередь определяет духовная составляющая — то есть его самоощущение. Поэтому определение «класс» будет неверным. Вернее было бы назвать это сословием — духовно-политической формой, в которой положение человека переплетается с определённым образом мышления. Можно также говорить о касте, что в индуизме означает принадлежность человека к определённому месту и предназначению, основанную не только на материальном положении, но и на духовном. Кроме того, Маркс, продолжая свой материалистический вульгаризм, совершенно не придаёт значения тому, что означает правление. Он начинает рассуждение с экономического анализа. Но если обратиться к самому понятию правления, то можно осознать, что оно по своей сути является воплощением определённых принципов не только в экономике, но и в душах людей. Действительно, аристократ Средних веков был для крестьянина во многом романтизированным человеком — образцом жизни, к которому стремились те, кто хотел «выйти в свет». Точно так же в буржуазном обществе капиталист является примером для подражания: люди стремятся к деньгам, желая воплотить в себе подобный образ жизни. Отсюда мы снова приходим к парадоксальному выводу: истинное и наиболее духовное стремление общества проявляется тогда, когда им управляет наиболее одухотворённая элита. Таковыми, например, были великие монархи, посвящавшие свою жизнь королевству и империи. Что же в таком случае представляет собой пролетариат? В строгом смысле слова пролетарий — это тот же крестьянин, то есть человек, который должен стремиться к определённому ориентиру. Только вместо плуга у него теперь станок, но суть остаётся прежней: это человек, стремящийся уподобиться элите. И вот этому человеку, который сам находится в поиске цели и стремится к чему-то, Маркс собирается дать власть. Конечно, это приводит к тому, что ориентиром для людей становится сама пролетарская жизнь, как это было в СССР. Но пролетарская жизнь — это не жизнь возвышенного человека, ведь возвышенными всегда являются единицы: полководцы, монархи, патриархи. Пролетарии же — это толпа, не более чем масса, лишённая духа, если она не знает религии, и лишённая воли к власти, если не знает достоинства, дарованного свыше. Тем самым Маркс, исходя из реальных наблюдений, делает вывод не о необходимости духовности знати, а, напротив, о её окончательном уничтожении.