Я верю, я не надеюсь на то, что моя душа бессмертна, я верю в это. И более того: знание, вера, надежда — в такой последовательности. Знание — самая мощная из трех, я знаю, что душа бессмертна, я не знаю, откуда это я знаю. Я знаю, что я пишу статьи достаточно интересные, я это знаю, я не надеюсь на это, я это знаю. А дальше я начинаю надеяться, что это кто-нибудь еще узнает, кроме меня, и это уже совсем другая такая история. Надежда, на мой взгляд, если мы говорим про успокоительные вещи, про вещи, которые успокаивают человека, — самое слабое успокоение, с моей точки зрения. Гораздо более сильное успокоение — вера, и гораздо более сильное успокоение — знание. Я не надеюсь на что-то, я знаю, что так будет. Это мне кажется гораздо мощнее, но это мне так кажется. Я не надеюсь на Бога, я верю в Него, я знаю… Что такое надежда на Бога? Я знаю, что все, что Господь со мной делает — правильно. Я знаю, что когда что-то происходит, надо задавать себе вопрос не «за что?», а «зачем?». И тогда это спасает. Все происходит зачем-то. У меня был такой момент — я, по-моему, никогда об этом не рассказывал, — когда умерла моя мама, я обожал маму свою, и она умерла. Каждый вечер я молюсь Богу своими словами, и я говорю Богу: спасибо за прожитый день. И в день, когда умерла мама, я как-то понял, что да — я буду Его благодарить все равно. Потому что, если так случилось, значит, так надо, и, в конце концов, если я не буду так говорить, то я очень эгоистичен, потому что маме-то лучше, чем мне сейчас. Это я по себе тоскую, мне без нее — она была моим миром, моей опорой, моим всем чем угодно — мне, конечно, без нее будет хуже. Но Бог взял ее к себе, чтобы ей было лучше. На этом месте конкретно я понял, что такая вера моя в Бога, что она… что все, что Бог ни делает со мной, очень правильно. Читайте полностью: 📖 Андрей Максимов: "Бог помогает мне не стать гадом" ⚪️ Журнал «Фома»