Перелётный крафт-бар | ПКБ

Наступает ночь, и мы выкладываем в дополнении к рецензии воспоминания читателя (по его просьбе, конечно, такое — без имени). Реальность, как водится, криповее вымышленных миров 👻 А, дабы не быть русофобами, отметим, что история произошла на территории Дикого поля... В комментах к одной из оригинальных серий «Бэкрумс» на ютубе хорошо написали: само пространство Закулисья работает, как нейросеть, которая копирует пространства и предметы из реального мира, но без понимания их назначения, из-за чего случается эффект «зловещей долины» (вспомните ИИ-арты ранней эпохи, да и сейчас тоже бывает всякое). P.S.: комната (а то и квартира) под хлам — это не синдром Плюшкина, это признак жёсткого расстройства, на границе шизофрении и аутизма. Такие хаты у нас в новостных каналах часто мелькали в последнее время. И вот прям в тему (или почти). В благотворительную столовую, которую содержала наша семья, приходила регулярно за питанием женщина, которая страдала таким расстройством. У неё вся хата от порога до потолка была забита хламом, из-за чего она практически бомжевала вместе со взрослой дочерью, тоже болящей. Моя мама начала ей помогать, возить на обследования — обнаружили до кучи рак на поздней стадии. Кое-как собрали ей денег на капельницы, но нужна койка. Решено было расчищать её квартиру. Мама взяла пару работников из столовой, и, преодолев нервное сопротивление хозяйки, за несколько дней вынесли часть хлама, чтобы можно было пройти к дивану в комнате. В процессе расчистки обнаружилось, что у хозяйки лежат пачки долларов на баснословные суммы [прим. ред.: братские народы]. Если бы не её расстройство, этих денег хватило, чтобы своевременно и рак вылечить, и дочку заодно. В процессе расчистки нашли ещё кое-что. На комоде стояло старое фото, где хозяйка квартиры — молодая и красивая — стоит с мужем в чёрных балахонах на каком-то ритуале. Когда моя мама спросила, что на этом фото, женщина в ужасе её спрятала и попозже, нехотя рассказала, что они с мужем ходили в какую-то оккультно-масонскую секту. Долго ходили. Судьбу мужа уже не помню, но они его потеряли — а сами, в итоге, умерли на куче денег. Поисповедаться и причаститься, правда, при участии моей мамы успели.