Evgeny Filatov joined Telegram

Иногда я жалею, что не являюсь главным героем фильма «Господин Никто», чтобы иметь возможность прожить разные варианты своей жизни или хотя бы отдельных её эпизодов Следующий четверг я мог бы прожить как минимум тремя разными способами. Я мог бы, например, вместе со всем миром хайповать на запуске шестой части ГТА. Или я мог бы присутствовать на церемонии награждения победителей Dprofile Foresight Award — там я сначала был участником экспертного совета, а затем судьёй в номинациях «UX/UI-дизайн» и «Нейродизайн» Но я выбрал другую ветку событий. Вечером следующего четверга я буду ждать в аэропорту семичасовой перелёт из Москвы в Якутск, чтобы 21 ноября прочитать там свежий материал на Дизайн-митапе 2026

💫 Завершаем серию анонсов хедлайнером Дизайн-митапа 2026 Евгений Филатов — дизайн-директор ГигаЧата. Раньше был арт-директором «Звука», дизайн-директором «Билайна» и дизайнил в том самом 🤩 Рокетбанке. Трек: Цифровой дизайн Доклад «Зуд» Мы привыкли считать, что хороший дизайн начинается с желания решить чью-то проблему, обязательно принести пользу или сделать мир лучше. Но что, если иногда всё начинается гораздо прозаичнее? С личного раздражения, тщеславия или простого желания удовлетворить собственную прихоть. С этим докладом Евгений выступит впервые. А предыдущие выступления можно посмотреть здесь: https://efilatov.com/Starred-Talks 📍 21 ноября, Квартал Труда 🔗 Зарегистрироваться

Я на G8 читал небольшой доклад, в котором, если откинуть прелюдии и примеры, была лишь одна важная мысль. Она, причём не то чтобы какая-то особо оригинальная, просто о ней часто забывают. А я вот вспомнил, когда весь последний год регулярно слушал рассуждения о том, что дизайнеры скоро перестанут быть нужными Сейчас, понятно, эту потенциальную ненужность дизайнеров связывают с развитием нейронок. Но настоящая правда в том, что дизайн никогда и не был самодостаточной функцией. А дизайнер никогда не был незаменимым специалистом. Ни дизайн, ни дизайнер никогда не были чем-то таким, без чего мир не смог бы существовать Дизайн всегда был обслуживающей сферой. Всё, что делал дизайнер раньше, можно было делать и без него. Нарисовать плакат, напечатать визитку, придумать оформление витрины — всё это можно было сделать и без дизайнера. Да, оно могло бы получиться не таким красивым, продуманным или ещё каким-то там, но оно появилось бы на свет, работало и выполняло свою функцию без наличия дизайнера где-то в производственном процессе Собственно, дизайнер продавал себя в этот процесс именно как человек, который делает то же самое, только красивее, продуманнее или ещё как-то там. Он продавал себя как человек, который может: а) освободить других от части их задач; б) выполнить эти задачи более качественно Всё на этом. Польза дизайнера была и остаётся в том, может ли он дать какую-то добавленную ценность, которая при этом окупит его зарплату Сейчас ситуация аналогичная (она, правда, усугубляется, финансовыми сложностями рынка, но мы тут это опустим для простоты). Профессии лишается тот, кто предлагает себя рынку исключительно как инструмент. А ценность инструмента сохраняется до тех пор, пока не появится доступная для других людей замена. И эта замена появилась. Вывод очевидный: если дизайнер хочет остаться при деле, ему стоит осознать изменения и понять, как в новых реалиях он может создать своим присутствием добавленную ценность Многие говорят: «У дизайнера появляется новая роль». Нет, это не у дизайнера новая роль появляется. Новая роль появляется у недизайнера. А у дизайнера отбирают его старую. И он её может как упустить, так и отстоять

Когда кто-то умирает, то во время похорон близкие любят вспоминать мгновения, проведённые с умершим или просто их последнюю встречу. Вспоминают всё в деталях: какая стояла погода, какое было настроение, какие сказаны слова Все сказанные в последнюю встречу слова сразу получают смысл. Все окружающие мелочи обретают значение, которое мы не придаём обычным вещам во время жизни. Будто только смерть может показать нам ценность простых слов и сиюминутных настроений Но всё это лишь со стороны и по отношению к тому, кого уже нет. В свою сторону эта мысль не особо развивается. Мы не начинаем после этого лучше ценить собственные мгновения простого существования. Это всё приобретёт ценность уже потом: когда нас самих не станет и об этих мелочах будут вспоминать те, кто стоит у гроба, прощаясь с нашим телом

С очередным обновлением iOS в клавиатуру заехал расширенный набор символов, которые можно выбрать по долгому нажатию на букву. И местами это начало причинять боль той господствующей части населения, которая использует букву ё Я уже привык за кучу лет, что для того, чтобы набрать ё, достаточно немного подержать палец на е, а затем просто смахнуть вправо и отпустить. Теперь же такое действие печатает всӗ/ѣ/е̄ что угодно, кроме того, что мне надо

Есть закономерность: чем больше мне нравится какая-то вещь, тем сильнее я расстраиваюсь от её недостатков Плохому дизайну, ужасному кино или посредственной игре можно простить многое. Потому что многого и не ожидалось. Косяки в данном случае воспринимаются просто как часть общего низкого уровня Но если вещь близка к идеальной, то всё меняется. Любая мелочь, которую автор не дожал, вызывает у меня непропорционально сильную досаду. Не потому, что она что-то принципиально портит, а потому, что я вижу, насколько лучше всё могло бы работать, не будь её Фильм, в котором не придумали ничего лучше, кроме как голосом героя объяснять происходящее. Игра, в которой насильно заставляют пользоваться факультативными механиками. Доклад, в котором автор не высушил материал и не убрал лишние примеры. Я вот про такое говорю Это как песок, попавший в хорошо смазанный механизм шестерёнок. Механизм продолжает отлично работать, но ты не можешь не замечать какой-то посторонний звук. И чем лучше сама вещь, тем отчётливее этот скрежет

В той же книге про Кассаветиса была прекрасная мысль Михаила Трофименкова: Влиять способны по преимуществу неклассические режиссёры. Режиссёры органического темперамента <...> не могут ни на кого повлиять, как не могут повлиять скала или океан. Другое дело — режиссёры, нарушающие классическую матрицу. Тут, конечно, речь идёт о кино, но всё это легко перекладывается на любую сферу, включая дизайн Чтобы иметь успех, обычно достаточно делать что-то, что актуально прямо сейчас. Что-то, что понятно и одобряется большинством. Но с таким подходом не стоит рассчитывать на оставление какого-то значимого следа в профессии — ты просто становишься одним из многих, представляющих срез индустрии в данный момент И напротив: если есть желание на что-то повлиять и чем-то запомниться по прошествии времени, придётся поплавать против течения, попутно скидывая прилипшую к голове тину. Не так приятно в процессе, зато увеличивает шансы на долгосрочное цитирование

Одно из моих увлечений последнего года — коллекция книг «Лица» издательства Сеанс. Очень приятная с эстетической точки зрения серия, читать которую — чистый кайф. Я собрал все 23 книги в печатных версиях, включая самую первую про Делона (месяц за ней охотился по всяким Авитам) Прочитал из всей серии пока 13 книг. Последняя прочитанная посвящена Джону Кассаветису, и это прямо восторг. Во-первых, мне во многом откликается позиция Кассаветиса относительно подхода к делу, а его стойкость в собственных убеждениях, не смотря на всё окружающее сопротивление, вызывает уважение А во-вторых, открыл для себя Ксению Рождественскую (часть статей в книге — её авторства). Далее несколько цитат из книги Он часто врал, ругался с режиссёрами, продюсерами и журналистами, провоцировал актёров, с которыми работал, считал, что постановщики, почти все, набиты дерьмом и интересуются только собственными амбициями, обожал спорить — причём иногда, отстояв свою точку зрения, тут же начинал отстаивать противоположную. Он сыграл несколько десятков ролей, снял двенадцать фильмов и несколько серий разных сериалов и, в общем, тоже был набит дерьмом и интересовался только собственными амбициями. <...> Вся жизнь Джона Николаса Кассаветиса — это легенды о пренебрежении правилами, трагические будни шута, список поражений мегаломаньяка. Он никогда не хотел понравиться зрителям, наоборот — если на предварительном просмотре все были в восторге от фильма, он его переделывал. Ксения Рождественская Я не знаю, что нужно другим, но сам я хочу быть аутсайдером, пускаться в авантюры, рисковать и в конечном счёте добиться неожиданного успеха. Джон Кассаветис Самое главное — не бояться совершить ошибку. Нужно иметь смелость быть плохим: идти на риск, чтобы по-настоящему выразить всё, что считаешь нужным. Джон Кассаветис Когда фильм вышел, он не порадовал никого — ни зрителей, которые уходили с первого показа толпами, ни критиков. Кассаветису пришлось сократить «Мужей» больше чем на час. <...> А потом студия вырезала ещё одиннадцать минут. «Я был бы рад, — говорил потом Кассаветис, — сделать „Мужей“ вдвое длиннее, чтобы у каждого зрителя была возможность выйти из зала, как только ему этого захочется». Ксения Рождественская Ходит легенда о том, что на записи в Академию имя «Джон Кассаветис» не понравилось секретарю: слишком сложное, слишком длинное, лучше было бы придумать псевдоним. Обычно начинающие актёры слушались, придумывали себе имена попроще. Кассаветис ответил: «Ничего, выучат». Ксения Рождественская Ну и в-третьих, в книге вскользь затрагивается ещё одна интересная мысль. Но она заслуживает отдельного поста, так что о ней в следующий раз

Смелость честно признаться в том, что чего-то не знаешь, — как по мне, один из основных критериев здравого человека вообще и зрелого специалиста в частности Не буду называть имён, но как-то меня хантили в один бигтех, и когда на один из моих вопросов руководитель направления ответил: «А вот тут я хуй знает, если честно», — это почти продало мне компанию. Потому что не каждый умеет признавать ошибки и не бояться выглядеть незнайкой. С человеком, обладающим таким качеством, работать приятно При этом, чтобы казаться хорошим специалистом, может быть достаточно просто уверенно отвечать на вопросы. Это само по себе неплохое умение в дополнение к остальным навыкам, но, к сожалению, часто только по этому критерию окружающие и судят о профессионализме говорящего И пока мы сами боимся показаться некомпетентными, мы продолжаем играть по этим правилам. Но это какая-то ущербно-лицемерная позиция, мне не нравится. Проблема не в том, чтобы перестать бояться быть дураком, а в том, чтобы перестать бояться, что кто-то об этом узнает

Раньше я никогда не упускал возможности почертыхаться на тему того, что в какой-то момент всех нормальных дизайнеров заменили какими-то странными людьми, которые к дизайну-то отношения не имеют: сидят чёт, схемки какие-то собирают, серые прямоугольники по экрану двигают, а потом ходят и спрашивают чужого мнения по поводу всей этой ерунды Поэтому я был искренне рад, когда рынок начал выражать свой голод по той породе дизайнеров, которые всё вышеперечисленное на хую вертели используют по назначению: то есть как инструмент достижения результата, не превращая процесс в самоцель Ну и что по итогу? Теперь, листая резюме и портфолио, я больше не вижу километры описания того, как усердно дизайнер умеет следовать продуктовому процессу. Теперь я вижу километры сгенерированных рассказов о том, как здорово он эйай-автоматизирует и ускоряет Это круто, конечно. Но почему результат при этом всё ещё выглядит как кусок говна? В процессы научились так, что аж тошно уже. Сейчас автоматизацию освоим, ок. А красиво-то когда станет? В этой ситуации очень хочется сказать: «Верните уже нормальных дизайнеров!» Но не буду. Потому что нормальные никуда не делись — их всегда было мало. Таких и ищу

Я раньше размышлял над тем, почему мне нравятся карандашные или акварельные наброски. Ну и пришёл к выводу, что дело в возможности самому додумать недостающее А вот когда перед глазами законченное изображение, то тут уже простор для интерпретаций сильно сужается. Поэтому и вероятность заинтересоваться такой работой резко сокращается: тут уже либо принимаешь видение автора, либо нет — своего ничего не добавишь Со временем я только больше убедился в этом, анализируя то, что мне нравится. Мне не нравится, когда фильм или книга прямым текстом объясняют свой смысл. Наоборот, я получаю удовольствие, когда автор лишь рассыпал нужные подсказки, давая мне возможность самому собрать из них финальный пазл. Мастерство при этом заключается в том, чтобы я верил в то, что сам до всего додумался, а не просто прошёл по заранее расставленным ловушкам Я при этом понимаю, что такой подход разделяют далеко не все и что многим важно получить чёткий ответ: что тут произошло и что имел в виду автор. Но мне-то хочется получать удовольствие и работать, исходя из собственных представлений о правильном. Поэтому я рад, когда нахожу подтверждение своим ощущениям в словах любимых режиссёров Понятно, что здесь есть свои границы. Уход в дремучий артхаус может быть маскировкой отсутствия персонального высказывания. Я считаю, что позиция автора всё же должна прослеживаться. Но при этом авторский комментарий способен не только добавить произведению смысл, но и отнять удовольствие от его самостоятельного поиска

Я в конце последнего доклада показывал список книг, которые особо повлияли на процесс и результат. Но там, конечно, были перечислены далеко не все, которые я читал во время подготовки К примеру, книга Уэйланд «Создание арки персонажа» — её я прям специально читал для восполнения пробелов в теоретической базе. Но, к сожалению, чтением был разочарован. Формально там всё по делу, но как же сухо это подано… Конечно, кое-что я оттуда всё же узнал: что арки бывают положительные (большинство персонажей большинства произведений), отрицательные (чаще всего это встречается в драмах или у второстепенных героев) или плоские (это про супергероев старого образца, всяких NPC или просто плохие произведения). Но это всё концентрированная теория, а я-то ожидал чего-то более интересного от человека, который сам пишет художественную литературу Ну то есть, кто ей мешал сделать книгу об арках персонажей так, чтобы сама книга была примером построения этой арки? Можно было бы выдумать или взять реальную историю написания сценария/романа, чтобы было где и теорию выдать, и драматургии навалить. Тогда бы эта книга представляла интерес не только как справочник терминов с однотипными примерами

— Как называют девушку, которая приехала в Тулу? — Втулка

Ладно, что-то слишком серьёзно стало. Я вот к поездке в Тулу на Д–в. шутку придумал, но так и не понял: она просто плохая или настолько плохая, что даже и ничего так В самой Туле не довелось её озвучить, но тут-то меня никто не остановит, верно? Двадцать клоунов в реакциях — и рассказываю

Профессиональные термины чаще всего используют не столько для описания сути происходящего, сколько для придания веса всей той ерунде, на которую люди тратят своё время и чужие бюджеты Поэтому, возможно, спикеры и называют свои выступления на дизайн-конференциях лекциями. Вряд ли кому-то захочется привлекать к себе внимание чем-то более честным: «Очередные полчаса вашей жизни, которые предлагается потратить на прослушивание моих псевдооткрытий, которые я совершил, прочитав пару статей и получив первых пиздюлей на новой работе» Любая профессиональная среда с комплексом неполноценности (а дизайнеры как раз к такой и относятся) любит заимствовать термины и статусы у более состоявшихся (и, следовательно, более престижных в глазах окружающих) занятий. Поэтому банальная презентация становится лекцией, а подбор референсов — исследованием рынка Это всё про желание казаться, а не быть. Всегда проще примкнуть к чужому статусу, чем заслужить собственный. При этом аудитория такой формат взаимодействия поощряет, выбирая не по содержанию, а по знакомой этикетке

Сделал себе подарок и пополнил свою коллекцию Говрой 2012 года. Причин две. Во-первых, это фигурка Сергея Сафонова, благодаря которому (и его ныне почившему интернет-магазину «Луноход-1») я получил возможность приобрести свои первые виниловые фигурки Этим летом я был на выставке «Супертойз», где впервые увидел живьём эту серию фигурок (не знаю, почему Сергей убрал их со своего сайта, но там и другого красивого хватает). Ну и, конечно, загорелся желанием получить такую же Удовольствие не за сто рублей (тираж был катастрофически мелким и уже давно чалится по частным коллекциям), поэтому я ждал второй причины для покупки. Ей стало окончание подготовки доклада «До самой смерти», потому что вот как описывает Говру сам Сергей: Govra, the deity of the End. If you’re lucky, you can find her where something ends – at end of the road, see her at the end of the day or you can meet her when something dies.

Меня, кстати, тихо подбешивает, когда все вот эти выступления на дизайн-конференциях называют лекциями Во-первых, у лекций иное предназначение, а для их зачитывания строят отдельные заведения. А во-вторых, практически всё, что озвучивают на дизайн-сцене, можно считать лекциями ровно в той же степени, в которой цирк с грустными клоунами можно считать театром драмы

Ну и бонус-трек: когда я накануне делал прогон доклада, мимо пробегал Ян и нащёлкал несколько фотографий с пасхалками

Было приятно выступить на такой-то сцене. Спасибо организаторам за то, что шли навстречу по всем вопросам. И спасибо за те слова, что некоторые говорили после выступления — они дорого стоят

До встречи завтра