Тенденции эпохи

ПМЭФ как зеркало ядерного безумия. Петербургский международный экономический форум, некогда служивший витриной для привлечения глобального капитала, окончательно превратился в площадку для легитимации радикального милитаризма, причем изрядно потрепанную издержками непомерно затянувшейся войны Путины. Одним из маркеров деградации Форума стала панельная дискуссия с участием «православного олигарха» Константина Малофеева и ультраконсервативного философа Александра Дугина. Вместо макроэкономических прогнозов Z-идеологи представили три сценария будущего РФ до 2050 года, где главным критерием «успеха» выступает готовность развязать ядерный апокалипсис. Анализ упомянутых сценариев обнажает глубокий кризис стратегического мышления в Кремле. Так называемый «инерционный сценарий» или сохранение текущего статус-кво консерваторы описывают как катастрофу: он якобы ведет к заморозке войны, зависимости от Пекина или Вашингтона и «гибели в войне к 2050 году». Примечательно, что применение ядерного оружия к 2036 году авторы заложили даже сюда. То есть в их понимании «радиационный пепел» само собой разумеющийся и неизбежный фон любого развития событий. Однако настоящий ужас кроется в «хорошем сценарии». По версии Дугина и Малофеева, «позитивное» будущее России жестко увязано с тремя факторами к 2036 году: оккупацией и аннексией Киева, Харькова и Одессы, полным распадом Европейского Союза и, ключевое, – превентивным или демонстративным использованием ядерного арсенала. В этой больной логике уничтожение миллионов жизней и разрушение глобальной безопасности преподносятся как «победа», которая к 2050 году обеспечит Москве роль «мирового лидера безопасности». Это чистый Оруэлл: война – это мир, а ядерная катастрофа – благо. «Плохой сценарий» для консерваторов состоит в поражении в войне, деоккупации украинских территорий и «колонизации России Западом». Страх перед международным трибуналом и потерей власти заставляет ультраправые элиты продавать обществу концепцию: «либо мы уничтожим мир, либо уничтожат нас». Очень заметно, что российская политическая мысль совершила страшную эволюцию от оборонительной доктрины («ядерный ответ на угрозу существованию государства») к наступательному безумию. На ПМЭФ консервативные силы открыто объявили сценарий применения ядерного оружия позитивным и желаемым. Здесь прямое признание неспособности конкурировать экономически, технологически или культурно. Когда государству нечего предложить будущему, кроме тотального уничтожения, ядерная кнопка становится его единственным бизнес-планом. Мир должен осознать: это не просто риторика для внутреннего потребителя, это ментальная матрица, в которой сегодня живет российское руководство.