Тут вчера в одном дружественном чятике был затронут за вымя очень интересный вопрос, дескать вот французы отмечают праздник коньяка, а мы даже международный день водки не способны организовать. Точнее, как бы «День рождения русской водки» у нас есть, хоть и неофициальный, но к водке он не имеет никакого отношения, там все та же сова Менделеева, усердно натянутая на глобус мифа. Но Бог с ней, с водкой — вы вообще в курсе, что у нас в стране есть праздник «День Оливье»?! И знаете, когда он отмечается? Второго, сука, января! То есть, понимаете, почему у нас никогда не будет ни международного дня водки, ни межгалактического дня чарки и шкварки? Да потому что всем настолько похуй, что даже день оливье отмечается тогда, когда этот салат лучше бы уже не употреблять в пищу, его безопасный максимум — 24 часа после заправки мазиком, а по версии Роспотребнадзора и вовсе 6 часов, дальше он превращается в тыкву. Нет, понятно, что здесь присутствует элемент некой иронии, дескать второго января мы доедаем то, что стоит на столе с прошлого года, аккуратно выбирая окурки из тарелки, но как-то это скотством каким-то попахивает. На этом салате же можно было построить великую историю, потому что у львиной доли майонезных салатов в мире ноги растут из оливье, большинство из них и вовсе называется «русский салат», бери и делай, объект нематериального культурного наследия, все дела, но всем похуй, мы будем отмечать день оливье тогда, когда он номинально уже стух. Великолепие, да и только! Короче, грамотный маркетинг и позиционирование продукта, это не про нас. Мы полумер не приемлем, нам либо трэш, либо бабу свою съешь. Одни предлагают заменить Хэллоуин на колядки, другие восторженно отмечают «День пива с подзалупным сырком пивовара». А свое — ну вот когда стухнет, тогда и отметим, чо зря воздух шевелить…