ElanakovBrief

Странная и совершенно непонятная позиция у коллег из канала Baza. Ну как понять вот это «массовая проблема»? Она стала массовой потому, что о ней написали в телеграм-канале? Или всё-таки потому, что существуют конкретные цифры, которые показывают распространённость проблемы в масштабах всей страны? Если несколько мамочек пожаловались в социальных сетях на ребёнка-инвалида или ребёнка с особенностями развития, который срывает уроки в конкретном классе конкретной школы, то проблема от этого массовой не становится. Это может быть серьёзной проблемой конкретного класса, конкретной школы или даже конкретного ребёнка, но для утверждения о массовом явлении нужны данные. В российских школах действительно учится больше миллиона детей с ОВЗ и инвалидностью. Но из этого совершенно никак не следует, что миллион детей агрессивны, срывают уроки или представляют какую-то проблему для окружающих. ОВЗ — это огромная и крайне разнородная категория. И здесь, кстати, есть ещё одна очень важная подмена. Baza смешивает в одну кучу аутизм, СДВГ, задержки развития и вообще ОВЗ, а затем рядом рассказывает именно про агрессивное поведение. Но наличие у ребёнка ОВЗ или аутизма само по себе совершенно не означает, что ребёнок будет драться, нападать на учителей или пытаться ткнуть одноклассника ручкой в глаз. Это совершенно разные вещи. История конкретной учительницы может быть абсолютно правдивой и при этом ничего не говорить нам о масштабах явления в стране. Несколько ярких случаев создают ощущение огромной проблемы, потому что именно такие истории и попадают в новости. Никто ведь не напишет заметку: «Сегодня в 47-й школе Томска 26 детей с ОВЗ спокойно отсидели пять уроков, никто ни с кем не подрался, все разошлись по домам». Хотя именно такие случаи и составляют статистическую реальность. Поэтому прежде чем объявлять проблему массовой, давайте всё-таки определимся, что мы под массовостью понимаем. Если речь идёт о том, что существует проблема с диагностикой, сопровождением и обучением отдельных детей с особыми образовательными потребностями, — да, это вполне можно обсуждать. Если же утверждается, что родители массово скрывают диагнозы, из-за чего российские школы захлёбываются от агрессивных детей, — тогда нужны цифры, а не три истории из рассказов учителей. Потому что иначе получается так: сначала мы находим несколько эмоционально тяжёлых случаев, потом называем их массовым явлением, а затем уже под это определение начинаем искать решение. Но нормальный разговор должен идти в обратную сторону: сначала установить масштаб проблемы, потом понять её причины и только после этого решать, что с ней делать.