ElanakovBrief

А что касается мира… Мир, конечно, это хорошо, но боюсь, именно конкретного юридического мирного договора мы дождёмся не скоро. Вот с высокой долей вероятности мы дождёмся режима прекращения огня — когда будут соблюдены те или иные условия или когда сыграет дипломатия или общая усталость. А дальше в ходе этого режима можно годами обсуждать условия мирного договора. Вон, между Россией и Японией он до сих пор не подписан, между целым рядом стран есть какие-то соглашения, которые в корне не решают те или иные вопросы. Опять же, понятное дело, что этот режим будет периодически (а в начале — часто) не соблюдаться сторонами, что и Россия, и Украина будут палить друг по другу. Тут в чём фишка? Чем дольше будет длиться подобное соглашение, тем меньше желания браться за оружие будет у всех сторон. Почему? Да потому что будет банально страшно. Все уже видели, что может быть. Вряд ли кто-то решится повторять. Это как с горячим утюгом: один раз обжёгся — второй раз уже сто раз подумаешь, прежде чем схватиться. Вот, например, страны бывшей Югославии — там претензий друг к другу вагон и маленькая тележка, но никто не хватается за оружие, потому что прекрасно знают, во что им встанет новая война. И в таком режиме, в теории, дипломаты смогут просто годами мусолить претензии друг к другу. Самое интересное, что всё может закончиться в один момент, так же как и началось. Стороны объявляют режим полного прекращения огня и садятся за долгий стол переговоров. Первый год ещё постреливают, второй год начинают потихоньку оттягивать войска в пункты постоянной дислокации, демобилизовывать мобилизованных, а потом это всё становится обычным режимом жизни. Гонцы бегут во все концы, постоянные уколы на уровне дипломатии, взаимные санкции, но при этом хвататься за оружие снова — просто страшно. Такой режим — он как привычка. Сначала он кажется временным, все живут с оглядкой, мол, вот-вот всё возобновится. А потом проходит год, два, пять — и уже никому не хочется первым дёргаться. Потому что любой, кто сорвёт перемирие, автоматически становится изгоем. Ему же потом никто не простит, что он снова втянул всех в мясорубку. Это же не просто кнопку нажать — это взять на себя ответственность за новые жертвы. А на такое нужен либо полный псих, либо человек с гарантией успеха за спиной. И то, и то — маловероятно. Плюс ещё момент: экономика начинает подстраиваться. Война — это же не только стрельба, это ещё и гигантская машина, которая жрёт деньги, ресурсы, людей. Как только стрельба стихает, эта машина начинает перестраиваться на мирные рельсы. Понятно, что оборонка никуда не денется, но она перестанет быть главным приоритетом. А перестроиться обратно на военный лад — это снова потрясение, снова издержки, снова риск. И вот этот фактор тоже будет держать стороны от резких движений. Ну и не стоит забывать про людей. Те, кто сейчас воюют, вернутся домой, заведут семьи, найдут работу, попытаются забыть всё, что видели. И вот им-то точно не захочется снова туда возвращаться. Они-то и будут главным тормозом для любых горячих голов. Не политики, не генералы, а простые люди, которые уже хлебнули этого по полной. И вот эта народная усталость — она, наверное, и есть главная гарантия того, что даже не подписанный мир может оказаться крепче любого договора.