Когда мы говорим о вторжении монголов в Китай, нам в школе часто представляют эту картину как немедленное завоевание всего Китая и его порабощение. На практике всё было совершенно иначе. К моменту начала правления Хубилая (внука Чингисхана) всё ещё существовала Южная Сун. Это была достаточно крупная и богатая китайская империя, которая оказывала ожесточённое сопротивление монголам. Монголы вторгались в Китай с севера, там и по сей день существует регион, который так и называется — Внутренняя Монголия. Первыми были уничтожены чжурчжэни в 1215 году, а сам поход начался в 1209 году. Потом пало тангутское государство Си Ся, спустя некоторое время была разгромлена Цзинь в 1231 году. И только спустя долгих сорок восемь лет, уже после смерти Чингисхана, Угэдэя, Гуюка, Мункэ, только при хане Хубилае, окончилось завоевание Китая — в 1279 году. То есть это был пиздец какой долгий процесс. Даже западные походы окончились куда быстрее. Монголам пришлось учиться осадной войне, строить флот, договариваться с местными элитами, перенимать китайскую военную технику. Это была не степная кампания, а затяжная война на истощение, в которой выиграл не тот, кто быстрее скачет, а тот, у кого хватит ресурсов и терпения. Европейские походы монголов — это было быстро: пришли, сожгли, обложили данью и ускакали дальше. А Китай — это территория, которую нужно было не просто завоевать, а удерживать, администрировать, встраиваться в её экономику и культуру. Именно поэтому процесс занял без больше полувека и потребовал от монголов таких усилий, которые в итоге надорвали их имперскую машину. Чингисхан начал, а закончил только его внук, причём закончил уже в совершенно другой политической реальности, когда от единой Монгольской империи мало что осталось в прежнем виде. Хубилай, по сути, уже строил новое государство, а не продолжал дело деда. Когда в 1279 году последний сунский император утонул, а Хубилай провозгласил династию Юань, это была уже не победа степной орды, а начало конца её самой. Потому что, завоевав Китай, монголы попали в ловушку, из которой уже не выбрались: они стали хозяевами страны, которая умела переваривать своих завоевателей.