Германия.Экономика

Наш комментарий Модель, представленная DIW, строится на концепции экономического равновесия и допущении, что избиратель – это исключительно Homo economicus, который голосует строго ради максимизации своего личного располагаемого дохода (тех самых 1600 евро). Но избиратели на востоке Германии (включая Саксонию-Ангальт) голосуют за АдГ не потому, что они прочитали их экономическую программу и посчитали её выгодной. Голосование носит протестный, ценностный характер. Гипотетическая потеря 1600 евро в год не ощущается, тогда как потеря идентичности, недовольство миграционной политикой Берлина и ощущение себя гражданами второго сорта – воспринимаемая реальность. Люди готовы нести экономические издержки ради достижения идеологических целей. С этой точки зрения называть это «парадоксом» - значит идти против социологии. Низкий уровень доходов, старение населения – это маркеры общего системного кризиса деиндустриализации Востока после объединения Германии, а не специфика региона. Модель М. Фратцшера описала где голосуют за АдГ, но она не объяснила, почему альтернативные предложения правительства не работают для этих регионов. Ещё одно замечание – техническое. Как мы упомянули, модель построена в концепции экономического равновесия. Коллеги из DIW оценили последствия выхода из ЕС и «прекращения иммиграции» так, будто вся остальная система осталась неизменной. Вывод верен только в статике. Невозможно спрогнозировать последствия изменения политики на основе старых параметров. Если программа АдГ начнёт реализовываться, изменятся поведенческие паттерны бизнеса, налоги, трансферты и структура внутреннего рынка. Сторонники АдГ могут возразить, что прекращение иммиграции снизит нагрузку на социальное страхование, а отказ от «Зелёного курса» ЕС снизит стоимость энергии для местной промышленности, компенсировав потери от снижения экспорта. Поэтому исследование DIW, будучи ангажированным в защиту статус-кво, подсветило только негативные переменные модели.