Ревизская сказочница

Была ли екатерининская Россия экономически отсталой? Меня справедливо послали читать работу Евгения Тарле с почти таким же названием, и я понятно дело пошла. Статья вышла больше ста лет назад, а спор, в который он вступает совсем актуальный! Тарле заметил интересную вещь: представление об экономической отсталости России сложилось в XIX веке, когда отставание от быстро менявшейся Англии стало гораздо заметнее. А потом это представление перенесли на XVIII век. Вместо того чтобы спросить, как выглядела Россия на фоне других стран своего времени, ей предъявили счёт за то, что случилось позже, этим страдает и современная историческая наука по многим вопросам. Вот мои любимые подробности. Экономист Шторх хвалил Россию за сравнительно небольшое число ограничений внутренней торговли: без множества местных монополий и дорожных пошлин, которые существовали в европейских странах. Но отсутствие юридических препятствий ещё не говорит нам, какую долю торговля занимала в бюджете страны. Ещё прекраснее история из 1780-х. Русские считали, что торгуют с Францией совсем немного. Французский министр финансов Калонн объяснял: товары просто возят голландские посредники. Они покупают во Франции, продают в России, загружают корабли льном, лесом, кожами, и везут все обратно. В таможенных книгах конечный пункт назначения при этом не всегда виден. Вот вам и проблема исторической статистики: торговля есть, а в документах двух стран она выглядит по-разному. Тарле пишет и про промышленный Арзамас, который удивил путешественника Палласа, и большие русские мануфактуры. А чтобы сравнение с Европой не превращалось в сравнение с воображаемой «передовой Францией», рассказывает замечательную историю о французской 15-летней работнице. Она умела обращаться с новой машиной, и министр финансов знал ее по имени. Девушку даже хотели отправить руководить мануфактурой в провинции, но сомневались: слишком молода! При этом я не готова согласиться с оптимизмом Тарле. Например, иностранный наблюдатель хвалит русского мастера за способность сделать то же изделие, что делают европейцы, но с меньшим числом инструментов и более простой машиной. Тарле видит здесь свидетельство мастерства. А я признак проблемы: талант отдельного человека не заменяет производство, которое можно наладить и повторить в большом масштабе.