Достоевский клуб

продолжение Контраст с XX веком В XX веке режимы чувствовали необходимость предлагать проект будущего. Большевики, нацисты, антиколониальные движения, американские либеральные интервенционисты — все они претендовали на то, чтобы вести человечество в новую эру. Это была эпоха политических религий (Эрик Фёгелин) и тотальных идеологий. Сегодня таких тотальных позитивных проектов практически нет. Даже радикальный исламизм ИГИЛ* в своей сути был реактивным — попыткой вернуть «золотой век» уммы через разрушение современного мира, а не через его творческое преодоление. Мы наблюдаем то, что Мэри Калдор называла «новыми войнами» — конфликты, в которых идентичность, статус и ressentiment важнее, чем большие идеи о будущем общественном устройстве [Kaldor, 2012]. Вопрос, который остаётся открытым Это все очевидно означает , что мы вступили в пост-идеологическую эпоху в сфере международных отношений. Но великие идеи просто временно отступили, переживая кризис легитимности после катастроф XX века, и ждут нового исторического окна? Пока же карта мира перекраивается не под лозунгами «мы создадим новый мир», а под гораздо более древние и примитивные: «верните нам наше», «защитите наших», «мы больше не будем унижены». Эпоха великих утопий, похоже, действительно закончилась. На её место пришла эпоха великих реакций. Будущее отменили, солдаты погибнут за прошлое.