Доброе утро, дорогие! Confessions on a Dance Floor — один из моих самых любимых альбомов и всегда в плейлисте. Поэтому когда Мадонна анонсировала Confessions II, я обрадовался и напрягся одновременно: сиквелы великих альбомов почти никогда не работают, а уж 14-минутный фильм-тизер с Камбербэтчем и футболистами «Челси» звучал как рецепт катастрофы. Откладывал просмотр до сегодняшнего утра, но все страхи оказались напрасными. Мадонна не просто мощно вернулась на танцпол — она заодно рассказала нам настоящую историю нью-йоркской клубной сцены. Сам фильм (режиссёры — дуэт TORSO, снимавший недавно Charli XCX) — это шесть треков с будущего альбома, перетекающих друг в друга без швов, костюмы от Dolce & Gabbana на всех, включая 250 статистов, и густой слой пасхалок: тут и Ray of Light, и Vogue, и Hung Up, и Джулия Гарнер в конусном бюстгальтере, которая готовится сыграть Мадонну в байопике. Но сердце фильма — часть Danceteria, которую я просто не могу выключить. Danceteria — легендарный многоэтажный клуб в Нью-Йорке, где в 1982 году никому не известная девушка из Мичигана сунула диджею Марку Каминсу кассету с надписью Everybody. Он её поставил — и так началась карьера Мадонны. В фильме эта сцена воссоздана буквально: кассета переходит из рук в руки, а в тексте песни Мадонна поимённо вспоминает друзей той эпохи — художника Мартина Бургойна, фейсконтрольщика Хауи Монтога и Деби Мазар. Meet this boy named Martin Burgoyne He's my best friend, he's my boytoy We see the line, it's way too long Cut to the front, there's Haoui Montaug Сама Мазар, кстати, появляется в кадре — они с Мадонной познакомились именно в Danceteria, где та работала лифтёршей. Действие происходит в клубном туалете, и, кажется, это самая звёздная туалетная вечеринка в истории. У писсуаров стоят футболисты «Челси» Коул Палмер и Жоао Педро и провожают взглядом дефилирующую мимо Мадонну. Камео не случайное: в прошлом году Мадонна пришла на матч «Челси», и Палмер в тот вечер забил четыре гола — видимо, с тех пор он в фаворитах. Гвендолин Кристи (Бриенна из «Игры престолов», а недавно — номинантка на «Эмми» за «Разделение») с водевильным восторгом подглядывает поверх дверцы кабинки, где Мадонна уединилась с танцорами, — а потом сама выходит из кабинки в мужском костюме в полоску, очень мадонновском образе. Бенедикт Камбербэтч же просто отрывается на танцполе, пока Мадонна не хватает его за лицо, не разворачивает в камеру — и оскаровский номинант послушно выдаёт строчку «Everybody get up and dance!» За хореографию всего этого безумия отвечает Damien Jalet — хореограф, ставивший танцы для ремейка «Суспирии» и короткометражки Тома Йорка «Anima», а недавно — для вирусного клипа «STORM» Yung Lean и GENER8ION. В титрах среди авторов трека Danceteria значится Лу Рид — Мадонна интерполировала «Walk on the Wild Side». При жизни они никогда не работали вместе, хотя оба — главные иконы нью-йоркского андеграунда. Получилась посмертная встреча двух эпох города в одной песне. И вот моя любимая деталь. На строчке Then I see Mark Kamins is the DJ/He's the DJ, hide the cocaine в кадре появляется как раз Кейт Мосс. Если вы не помните: в 2005 году — том самом, когда вышел первый Confessions — таблоиды опубликовали фото Мосс, предположительно употребляющей кокаин в студии. Скандал «Cocaine Kate», разорванные контракты с H&M, Burberry и Chanel — по сути, одна из первых громких «отмен» до того, как это слово вообще появилось. Закончил это безумие Александр Маккуин, выйдя в финале показа в футболке с надписью «We love you Kate». И вот спустя 20 лет Мадонна делает из этого инсайдерскую шутку, а Мосс охотно подыгрывает. Альбом выходит 3 июля. Фильм уже на YouTube — три миллиона просмотров за первые сутки. Смотреть незамедлительно и много раз подряд.