Дмитрий Львович Быков

31 октября 2026 года. 90 лет Нонне Слепаковой -- любимому поэту, литературному учителю, самому близкому и важному для меня человеку после семьи -- она меня называла литературным сыном и, думаю, не ошибалась. Я пришел к ней 27 декабря 1988 года, служа в армии в Питере, и прожил десять лет в ученичестве у нее и Льва Мочалова. Как сказано в славном фильме "Балтиморская пуля", "Они научили меня всему, что умею я, но не всему, что умели они". За 40 последующих лет я ни на секунду не разочаровался -- наоборот, мне все больше открывалась глубина, сложность, многообразие Слепаковой, ее мастерство и безупречный кодекс литературного поведения. Не буду говорить, что она вполне могла дожить: не могла бы. При такой глубине и силе проживания всего, что делалось со страной, при такой саморастрате -- удивительно, что она прожила свои неполных 62. Сейчас она классик. Но, насколько могу чувствовать, не загордилась -- и по-прежнему подсказывает точные слова и, что еще важней, точные поступки. Слепакова -- лучшая школа для любого поэта. Подражать невозможно и бессмысленно, но усваивать, запоминать, как бы растворять в своей крови -- необходимо: это самый чистый витамин сопротивления, азартный творческий дух, зоркость, благодарность, сострадание. Ее ненависть ко всякого рода самодовольному хамству и самоутверждению, ее сочувствие кроткому терпению, ее уважение к молодости и старости, ее врожденная зрелость, сияние ее остроумия -- все это со мной каждый день, и нет дня, что я не вспомнил бы хоть одно ее сочинение. Я почти весь ее пятитомник знаю наизусть, и это не дань памяти (зачем?!), это способ выживания, ежедневная инъекция жизненной силы, бесстрашия, ума. В ее религиозности не было ничего рабского, в ее знании литературы -- ничего эпигонского: она ни разу не сдалась и не отступила. Отчасти, конечно, ей помогало то, что на нее с восхищением и завистью смотрели ученики. Окружайте себя учениками -- и у вас будет меньше соблазнов сдаться и спасовать. Правда, и поводов для самоуважения будет больше, но кто сказал, что самоуважение вредно? Мы себя не на помойке нашли. Нонна Менделевна, как я почти никогда не называл вас, Ваше Величество или просто Мажесте, как называл всегда, -- мне кажется, я верно следую вашему главному завету: "Я знаю, как надо жить, но я так жить не хочу".