Дмитрий Львович Быков

Кажется, перемены конца 2026 обещают быть более масштабными, чем американские выборы 3 ноября. Во всяком случае темпы самоубийства тех реваншистских сил, которые в облике правых популистов заявили о себе (сначала в России, потом повсюду) оказались стремительнее, чем думали даже оптимисты (или пессимисты? Сейчас почти повсеместно путают эпиграф с эпилогом, как в старой песне Щербакова). Масштабы осознания катастрофы тоже несколько шире, чем можно было предполагать. И, пожалуй, прав был Зеленский, сделав ставку на то, что противник будет уничтожать сам себя еще быстрее, нежели могла бы мечтать Украина. С ужасом и радостью чувствую вибрацию земли -- это лучше, чем тупое ожидание ужасного. Точней всего это ощущение передается стихотворением, тоже старым. Когда-то оно было о России, но сменилась страна и контекст. Ощущение осталось прежним. Осень пахнет сильной переменой — И вовне, и хуже, что во мне. Школьникам эпохи безвременной Хочется погибнуть на войне. Мечется душа моя, как будто Стыдно ей привычного жилья. Жаль, что не дотягивать до бунта Не умеем Родина и я. Надо бы меняться по полшага, Чтобы не обваливаться враз. Всякий раз взрывается полшара, Как терпенье кончится у нас. Все молчит в оцепененье чудном. Кастор с братом дремлют на посту. Гастарбайтер с гаденьким прищуром Выметает ломкую листву. Августейший воздух загустевший Разгоняет пришлая метла, Разметая в жизни опустевшей Место, чтобы сжечь ее дотла. Будет все, как водится при взрыве — Зов сирены, паника родни, Зимние, голодные и злые, Оловом окрашенные дни. Но зато рассвета багряница, Оторопь сучья и дурачья, Сладость боя, свежесть пограничья — Нищая земля, еще ничья! Все, что было, рухнет в одночасье. Новый свет ударит по глазам. Будет это счастье иль несчастье? Рай в аду, вот так бы я сказал. И от этих праздников и боен Все сильней душа моя болит, Как страна, в которую не встроен Механизм ротации элит.