Der Immigrant ✔

Прочитал в Economist статью про то, что все ругают Европу, хотя на самом деле больше говорят о себе. Несколько цитат: В условиях всеобщей популярности премий мира, кто-нибудь должен номинировать Европу на одну из них. Ведь в эпоху раздора враждующих мировых лидеров объединяет одно убеждение: европейцы слабы и надоедливы. Президент Дональд Трамп называет Европу неблагодарной и стремящейся к самоуничтожению. Си Цзиньпин видит континент как легко разделяемый и неконкурентоспособный. Критика Европы даже создает общую почву между Россией и Украиной. Европейские правительства могут казаться самодовольными и лишенными самосознания. Они дают обещания, которые не могут выполнить, особенно учитывая, что самые самоуверенные из них, Великобритания и Франция, находятся в плачевном состоянии. Работа Европейского союза, состоящего из 27 стран, неповоротлива и слишком часто тормозится осторожностью и недальновидными национальными интересами. Тем не менее, эти насмешки чрезмерны. Они говорят столько же о лидерах, бросающих оскорбления, сколько и о реальной ситуации в Европе. В Давосе Трамп назвал Данию «неблагодарной» за возвращение Америкой Гренландии в 1945 году. В той же (длинной) речи он упомянул высокие цены, которые американцы платят за рецептурные лекарства, жалуясь на то, что европейцы покупают те же лекарства за ничтожные деньги, потому что Америка «субсидирует» весь мир. Марко Рубио ненавидит европейское безделье. Он говорит про богатые Францию ​​и Германию, которые экономили на обороне, чтобы избежать сокращения «программ социального обеспечения, пособий по безработице, возможности выйти на пенсию в 59 лет и всего остального». Но европейцы не загипнотизировали Америку, чтобы она выполняла их приказы. Америка считала, что доминирование в сильном НАТО отвечает её собственным интересам. Если Трамп считает, что возвращение Гренландии было глупостью, то его претензии направлены к президенту Гарри Трумэну, чьё это было решение. Трумэн выступал против империализма, поэтому отказался от предложения о покупке Гренландии в пользу договора, гарантирующего Америке базы на острове. Трумэн считал, что щедрость — это сверхсила Америки. Спустя годы после войны он с удивлением отмечал, что его страна «полностью разгромила» Германию и Японию, «а затем вернула их в сообщество наций. Мне хотелось бы думать, что только Америка могла такое сделать». Европейцы платят меньше за лекарства, потому что их крупные государственные системы здравоохранения договариваются о скидках с фармацевтическими компаниями, но при этом доступ европейцев к новым и дорогостоящим лекарствам ограничивается. До 2023 года крупная американская государственная программа здравоохранения для пенсионеров, Medicare, не имела права договариваться о скидках. Что касается компромисса между обороной и социальным обеспечением, Америка могла бы позволить себе пособия по безработице по французскому образцу и досрочный выход на пенсию, если бы захотела. Однако республиканцы, такие как г-н Рубио, давно называют такие расходы актом самоуничтожения. Учитывая плачевное состояние государственных финансов Франции, в этом может быть доля правды. Что касается Китая, то, стремясь к национальному величию и самодостаточности, его лидеры предпочитают мало платить рабочим, которые работают в изнурительных условиях и тратить деньги на авианосцы и ракеты, а не на высококачественные больницы и пенсии. Для китайских лидеров принижение преимуществ более благоприятного европейского социального контракта является оправданием. Презрение же Путина к Европе имеет множество корней. Но его любимые идеологи признают, что одной из них — то, что Европа его отвергла.