Дочитал "Садовый штат" (чудом удержался от хулиганского перевода названия как "Край огородов", извините) Рика Муди. Летом русское издание "Пурпурной Америки" снесло крыши определённому количеству ценителей ПМ/M литературы, а я, увидев в берлинском букинисте его же дебютный (1992) не переводившийся роман, тут же купил. Несмотря на то, что книга ранняя и сам Муди о ней не особо высокого мнения, в "Garden State" уже видны зачатки стилистического пиршества "Пурпурной Америки". Язык с одной стороны весьма метафоричен и красив, с другой — выверен донельзя, вплоть до некой минималистичности, где ни единого слова нельзя убрать, не обрушив всю конструкцию. В отличие от, опять же, "Пурпурной Америке", атом здесь не распадается, но распадается панк-группа из захолустья Нью-Джерси, где играет Элис, одна из центральных фигур повествования. А вслед за этим постепенно рушится привычный быт близких и друзей. Впрочем, быт этот едва ли стоит оплакивать. Элис, её бойфренд Дэннис и его вернувшийся в город после дома скорби брат Лэйн, их друзья — вся эта банда гиньолей переезжает, пытается наконец-то сепарироваться от родителей и найти работу, трахается и напивается в основном чтобы попытаться хоть что-то почувствовать на фоне удущающей тоски и бессмысленного бытия джэнерейшен икс, где даже самосожжение приятеля воспринимается не острее сломавшейся машины. No one had turned out liked they guessed, but no one had turned out half bad, if the trick to being okay in that decade was being reasonably straightforward and not coveting anyone else's property or station. Вообще, оба прочитанных мной романа Муди идеально передают тревожную и удушливую атмосферу распада, эдакого дизинтегрейшена на микроуровне (в "Пурпурной Америке" ещё и на макро). Опять же, уже здесь в центре кризис нуклеарной семьи: все эти двадцатисхвостиком-летние толком не сепарированы, да и стремятся слабо, в то время как их родители стремительно превращаются в чужих друг для друга людей. This generation never seemed to leave home. They grew up to a certain point and then spent the next decade, until collapse, trying to recapture the novelty of adolescence, that pulse of youth that seems, in its fullest bloom, permanent. Вступление к моему изданию — отдельная автобиографическая миниатюра о предшествовавшей написанию жизни Муди, где Рик даёт понять, что ничего более личного (предполагаю, по ряду факторов, на грани с душевным эксгибиционизмом) чем "Garden State" он не писал. А ещё Муди поклонник альбома "New Day Rising" лучшей в мире группы HÜSKER DÜ, наш человек, воистину.