Дальний лес

Ух ты, а у меня оказывается был юбилей! 20 лет в профессии 🙈✌️ В начале июля 2006-го я впервые зашла в здание Олимпийского комитета России, где тогда располагалось агентство «Весь спорт». В крошечной комнатке, которую одолжила федерация борьбы, мы с Андреем Митьковым и Женей Слюсаренко проворачивали дела, от которых порой вздрагивал весь мир. Десять лет назад, когда у «Всего спорта» был юбилей, я уже об этом рассказывала. Попалось сейчас – и так тепло на душе стало. "Журналистика не знает слов «устала» или «нет времени». Я впервые услышала это 6 июля 2006 года, переступив порог маленькой комнатки в Олимпийском комитете России. Прошло девять лет, наши со «Всем спортом» дороги давно идут параллельно, но Андрей Митьков тогда был прав: после лета 2006-го свободное время стало для меня чем-то из области фантастики. Это все невозможно вспоминать без улыбки. Вакансия «редактора международного отдела в спортивном агентстве» – и я, студентка четвертого курса, в полном восторге от того, что меня пригласили на собеседование на такую важную должность. «Весь спорт» тогда сидел в Федерации спортивной борьбы России, и помню, и шастающие по коридору люди квадратной формы и со сломанными ушами добили меня окончательно. Что такое крутое Агентство помещается в одной комнате, а в международном отделе кроме меня нет ни одного сотрудника, не смутило ничуть. Даже цифры зарплаты пропустила мимо ушей. Мне же сказали нечто совершенно фантастическое: «Можешь приступать прямо сейчас! Вот тебе телефон Исинбаевой – звони!» Как обычный болельщик и спортсмен-любитель, я долго не могла привыкнуть, что можно снять трубку и позвонить вообще любому человеку. Ну, то есть действительно кому угодно – Исинбаевой, Бьорндалену, черту в ступе. И более того, практически любой телефон можно раздобыть с помощью минимальных связей и интернета. Я делала тогда какие-то нереальные в своей наивности вещи, и очень благодарна Андрею с Женей Слюсаренко, что никто не засмеялся и не сказал «Да ты что, зачем нам это?» Пиком моего креатива стало интервью с австрийкой Вероникой Вацек (её телефон был добыт извилистым путем переговоров с местной федерацией) о необычном способе толкания ядра. Сейчас этот текст, конечно, сопровождался бы фото, видео и с учетом симпатичной внешности Вацек собрал бы кучу просмотров. Но тогда убить несколько рабочих дней, чтобы поговорить с никому не известной и ничего не выигравшей австрийкой, почему ей вздумалось задирать ногу ввысь... Женька с Андреем сказали: «Вау, как круто, ставим главной новостью!» Эти новости всегда ассоциировались у меня с дровами, которые нужно подбрасывать, чтобы печка не потухла. По новости в час, с раннего утра и до поздней ночи. Отсюда пошло странное выражение «запас новостей» (то есть, не самые оперативные интервью, которые можно приберечь на потом). Отсюда невозможность отлучиться куда-то больше, чем на час, если ты «у руля». Я, правда, несколько раз этот принцип нарушала – и оставляла с «запасом» и за пультом управления сайта маму. Как-то она позвонила в самый разгар вечеринки и поинтересовалась: «Наташ, а биатлон – это в зимние или летние виды спорта ставить?» Тогда я еще не умела усталым голосом говорить: «Да нет, это нереально». И потому у меня получались какие-то совершенно фантастические истории. Интервью с самим Оле Эйнаром Бьорндаленом во время зимнего чемпионата мира по лыжам в Саппоро, например. За Бьорндаленом охотилась вся норвежская пресса, но он дал большое интервью только «Всему спорту». Норвежцы дежурили вечером в холле отеля, надеясь перекинуться с легендой хоть парой слов по дороге с ужина. Пресс-атташе норвежских лыжников, видимо, пребывая в шоке от моей наглости, шепнул на ушко, на каком этаже меня ждет Великий и Ужасный. Я маленькими шажочками, чтобы никто ничего не заподозрил, прокралась к лифту и – вуаля! 40 минут непринужденной беседы, во время которой я задавала наистраннейшие вопросы про технику лыжного хода или любимые страны.