Основатель и глава группы CREON Фарес Кильзие открыл Пятый отраслевой форум «Уголь 2026»: Правительство России утвердило обновлённую программу развития угольной промышленности до 2050 года. В целевом сценарии предполагается увеличить добычу до 660 млн тонн, а экспорт – до 350 млн тонн. В основе программы лежит новый инвестиционный цикл по шести направлениям. Среди приоритетов – то, что мы с вами обсуждали на нашем мероприятии в 2025 году, а именно освоение перспективных месторождений и создание новых центров добычи на востоке России: в Якутии, Тыве, Хакасии, Забайкалье, на Таймыре и Чукотке. Кроме того, планируется развивать и расширять восточный полигон и наращивать потенциал поставок востребованных сортов угля в Индию, Турцию, страны Юго-Восточной Азии, на Ближний Восток и в Африку. Программа также предусматривает завершение реструктуризации шахтного фонда. Так, Ростехнадзор почти еженедельно выносит решения о временном запрете деятельности тех или иных шахт в Кузбассе. Как мы ранее говорили, стоит поставить вопрос о поэтапном закрытии наиболее опасных предприятий, эксплуатация которых не отвечает требованиям безопасности и экономической эффективности. Сегодня отрасль уже получает ряд мер поддержки: речь идет об отсрочках по налогам и страховым взносам примерно на 75 млрд рублей для компаний, обеспечивающих 93% добычи, а также программах финансового оздоровления и адресной помощи. Совокупный мультипликативный эффект к 2050 году оценивается в 10 трлн рублей, а валовая добавленная стоимость отрасли, по прогнозу авторов программы, вырастет в шесть раз. На мой взгляд, публикация программы – это своевременный шаг в условиях, когда требуется логичный государственный ответ на острую необходимость диверсифицировать районы добычи и обеспечивать добычу сортов угля, востребованных на мировом рынке. Вместе с тем, в программе остаются экономические риски. Чтобы она действительно сработала и дала устойчивый эффект, нужны инвестиции в развитие транспорта, а так же меры по повышению финансовой эффективности отрасли, декарбонизации, управлению экологическими рисками и главное, - по социальной адаптации кадров. Что критически важно для успеха? 1. Синхронизация добычи с финансовыми и транспортными возможностями. 2. Привязка господдержки к экологическим и социальным KPI. 3. Диверсификация потребителей по регионам и заключение долгосрочных контрактов по линии государственных межправкомиссий со странами ШОС и АТР. 4. Прозрачность и независимый аудит исполнения программы. 5. Активное снижение углеродного следа и развитие переработки исключительно в портовых зонах. На данный момент есть риск, что на раннем этапе до 2030 года по инфраструктуре и логистике возникнет разрыв между планами и реальными возможностями финансирования. Без адаптации финансовых моделей инвестирования программа столкнется со стартовым недофинансированием и промедлением на ключевых этапах. Как закрыть этот разрыв? 1. ГЧП и концессии. Необходимо привлекать частных инвесторов через долгосрочные концессии на 25-30 лет с гарантированной загрузкой терминалов. 2. Фонд инфраструктурного развития: необходим целевой фонд для софинансирования проектов по транспортировке, переработке и перевалке угля. 3. Тарифное регулирование логистики и перевалки. 4. Зелёные облигации и ЦФА: необходимо выпускать суверенные или квазисуверенные облигации под устойчивую инфраструктуру с акцентом на экологические стандарты. 5. Международное финансирование: нужно привлекать кредиты индийских и азиатских банков развития под экспорто-ориентированные проекты. Для точной оценки финансирования нужна детализация по каждому угольному коридору – включая порты Ванино, Находку, Владивосток, Зарубино, а также новые терминалы в Якутии и на Чукотке. Важно также согласовать эти планы с расширением БАМа, Транссиба и альтернативных коридоров, таких как СМП. Контроль рисков особенно необходим в условиях, когда на рынке нет фундаментальных предпосылок для роста цен, а текущие скачки связаны с геополитическими или форс-мажорными причинами. Фундаментальные факторы в долгосрочной перспективе обязательно возьмут верх».