Начало При всём различии методов либерализм и марксизм отвечают на один вопрос, поставленный Просвещением: как устроить человеческое общество на разумных началах, преодолев произвол традиции, насилие и войну? Либеральный ответ предполагает движение через права, процедуры, институты и торговлю, постепенное и реформаторское, надстраивающее, а не разрушающее. Марксистский настаивает на том, что формальные институты без изменения материальных условий остаются декорацией и что лишь изменив базис, можно привести надстройку в соответствие с разумом. Оба проекта разделяют веру в Прогресс, универсализм, примат разума над традицией и откровением и конечной целью заявляют освобождение человека. Именно поэтому либералы и марксисты так страстно ненавидят друг друга: это ненависть не между чужими народами, а между братьями, которые не поделили отцовское наследство. Оба именинника потерпели поражение при жизни. Кант умер в 1804 году, так и не увидев ни одного из свои идеальных институтов, которые попытаются воплотить его «вечный мир» в XX веке: державы-победительницы на Венском конгрессе выстраивали новый порядок по старым правилам, без каких-либо наднациональных обязательств. Ленин дожил до другого разочарования: мировая революция не состоялась, и последние годы он наблюдал, как его собственный интернационализм сжимается до «социализма в одной стране», то есть до отрицания самого себя. Сегодня в похожем положении оказался и сам либеральный порядок: институты, выстраивавшиеся десятилетиями, игнорируются или высмеиваются, а логика силы вытесняет логику права с такой скоростью, что это трудно называть временным отступлением. Вопрос, который оба так и не решили, остался открытым: кто вправе определять общий порядок и что делать с несогласными? Но, глядя на эту двойную неудачу, видишь нечто большее, чем просто крах политических программ. Кант и Ленин — пророки одной веры в человека, в то, что Разум, будь то в форме права или революции, способен изменить и пересобрать природу людей и государств. Реальность разбила эту утопию: человек не выдерживает тяжести собственной свободы и неизменно воспроизводит вражду, как только с него снимают внешние путы. Государства продолжают действовать в международных отношениях на основаниях страха и корысти. И возможно, только смиренное признание того, что «вечный мир» есть прерогатива не земного политического проекта, а Града иного, могло бы уберечь нас от новых кровавых попыток построить рай на земле, будь то по чертежам кёнигсбергского профессора или симбирского революционера. ⚫ Подписывайтесь на наши каналы YouTube // ВКонтакте // Телеграм // RuTube // Дзен // MAX