ЧУЖИЕ

Наш юрист добился прекращения уголовного дела в отношении беженца с поддельным паспортом Мы продолжаем делиться кейсами наших юристов. Сегодня один из основателей нашего сообщества Дмитрий Захватов сам расскажет о важной победе по уголовному делу. Год назад в сотрудничестве с литовскими адвокатами ему удалось добиться прекращения дела в отношении беженца Сергея Воронкова. Мужчина был вынужден использовать поддельный паспорт, чтобы сбежать из оккупированного Запорожья в Литву. При этом юрист столкнулся с такими приёмами участников литовского судопроизводства, что они напомнили ему о «родных советских берёзках». В этом посте юрист расскажет о кейсе, а в следующем – об особенностях местного уголовного процесса. Всем привет! Это Дима Захватов, юрист из Литвы. Сразу отмечу, что статуса адвоката в Литве у меня нет. Поэтому моя работа по этому делу сводилась к добыванию доказательств невиновности моего подзащитного и сбору материалов, которые характеризуют его наилучшим образом. А защиту в суде осуществляли литовские адвокаты. Такое разделение труда сделало защиту доверителя эффективнее (так как мы, россияне, лучше разбираемся в ситуации внутри РФ) и дешевле (так как час работы европейских адвокатов стоит очень дорого). Теперь о деле. Зимой 2025 года россияне Сергей и Татьяна Воронковы нелегально пересекли литовскую границу. Когда к ним подошли пограничники, они представились, объяснили, что на родине их ждёт преследование за государственную измену, – и попросили убежища в Литве, передав сотрудникам погранслужбы свои паспорта. Это были внутренние паспорта РФ. Причём паспорт мужчины был поддельным, но с его подлинными данными. Он сам указал на это, объяснив пограничникам, что был вынужден приобрести фиктивный документ, чтобы бежать из оккупированного Запорожья. В Запорожье супруги переехали из России незадолго до начала большой войны. Когда Россия вторглась в Украину, они решили помогать украинской стороне и стали наводчиками. А в апреле 2024 года Сергея похитили люди в гражданском. Это оказались сотрудники ФСБ. Они обвинили мужчину в госизмене, отобрали документы и на протяжении месяца держали в яме, где плохо кормили и постоянно угрожали расстрелом. Отпустили его только после того, как он признался под видеозапись в сотрудничестве с Украиной. При этом документы ему не вернули. Это классическая история для оккупированных территорий: у следственно-судебного аппарата нет ресурсов на отработку вала оперативного материала, поэтому они добиваются «признания» и отпускают задержанных без документов, чтобы те не могли пройти блокпосты и сбежать. Тем не менее семья решила бежать. Но для побега нужны были документы. Мужчина пытался восстановить их, но столкнулся с произвольными отказами МВД РФ. Поэтому он вынужден был приобрести фальшивый паспорт – и рискнуть выехать из страны с ним. К счастью, это сработало. Очевидно, что в этой ситуации использование поддельного документа было оправдано. Эти действия подпадают под институт крайней необходимости. А Конвенция о статусе беженцев 1951 года запрещает наказывать беженцев за нелегальный въезд в страну, если они прибыли с территории, где им угрожает опасность, и если они сразу явились к властям, чтобы объяснить причину незаконного въезда. Более того, Верховный суд самой Литвы подтвердил, что нельзя преследовать беженцев, использующих поддельные документы для безопасного въезда в страну. Но литовские полиция и прокуратура посчитали иначе. Супругов задержали и отвезли на пограничную заставу. Татьяну скоро отпустили, а в отношении Сергея было открыто досудебное расследование по § 2 ст. 300 УК Литвы. По этой норме использование поддельного паспорта наказывается арестом или лишением свободы на срок до четырёх лет. На следующий день суд заключил мужчину под стражу. (Про литовские СИЗО я писал тут.) Когда у супругов начались проблемы на границе, они были на связи со мной. И не зря. Адвокат, назначенная государством, отнеслась к делу, мягко говоря, недобросовестно. Она отказалась от активной защиты, несмотря на очевидную невиновность Сергея и мои заверения в том, что я предоставлю доказательства, подтверждающие его рассказ. Поэтому семья заключила соглашение с адвокатским бюро. В тот же день защитники подали прокурору ходатайство о прекращении досудебного преследования. Получив ходатайство, прокурор, вероятно, понял, что дело дрянь и судебных перспектив не имеет. Тогда он и адвокат по назначению срочно отправились к Сергею в СИЗО и уговорили его признать вину и согласиться на то, что в России называется «особым порядком»: то есть на формальный процесс с вынесением судебного приказа без рассмотрения дела по существу. При этом адвокатов из бюро, насколько я понял, даже не пригласили на это следственное действие. В деле отчётливо запахло «родными советскими берёзками». Когда адвокат из бюро получил протоколы этого следственного действия, он сразу отправился к доверителю в СИЗО. Сергей понял, что произошло, и подписал отзыв своего согласия на «особый порядок». Адвокат в тот же день отправил этот документ прокурору, но тот лишь развёл руками: мол, досудебное расследование завершено и дело направлено в суд. Тогда адвокат отправил отзыв согласия прямо в суд – но судья исполнил тот же финт: мол, судебный приказ уже вынесен, и мужчина приговорён к лишению свободы на 26 суток за нарушение § 2 ст. 300 УК Литвы. При этом в тексте приказа чёрным по-литовски было написано, что вина Сергея подтверждается тем, что по закону его вину как раз опровергает. Пограничник в своих показаниях сообщил, что супруги там же, на месте незаконного перехода границы, представились, попросили убежища, объяснили причину прибытия – и передали два российских паспорта, указав на поддельность одного из них. Несмотря на смешной по отечественным меркам срок, мы с адвокатами решили подать заявление об отмене судебного приказа – и рассмотрении дела в общем порядке. В ходе процесса мы предъявили доказательства, подтверждающие историю доверителя. (И здесь я хочу поблагодарить всех, кто помогал нам в этом нелёгком деле!) В результате в прениях прокуратура сдалась и отказалась от обвинения. А суд прекратил дело по реабилитирующим основаниям, сославшись на институт крайней необходимости, Конвенцию о статусе беженца и даже на доклад Human Rights Watch 2025 о состоянии прав человека в России. Причём судья, немного выйдя за пределы предмета разбирательства, обосновала наличие опасности на родине не только для Сергея, но и для его супруги Татьяны. По итогу всей этой истории хочу сказать вот что. Уголовный закон в Литве работает. Да, не идеально, но работает! Для страны, которая всего 35 лет назад победила советское рабство, это великолепный результат. Нуждающимся в помощи или юристам, желающим стать частью сообщества, сюда или на почту: chuzhie93@gmail.com