🇭🇺🇵🇱 Похоже, Дональд Туск дождался в Венгрии именно того политического разворота, которого хотел все последние годы Он не просто приветствовал поражение Орбана. По его реакции видно, что для него это почти стратегический реванш. Туск назвал результат ударом по авторитарному тренду в регионе, поставил Будапешт в один ряд с Варшавой, Бухарестом и Кишинёвом. Со своей стороны Петер Мадьяр сразу заявил, что рассматривает Польшу как первое направление своего зарубежного визита, что в целом говорит о смене политической географии Центральной Европы. При Орбане Венгрия была для Туска постоянным раздражителем: союзником польских правых, скептиком по Украине, проблемным игроком внутри ЕС и удобным каналом для особых отношений с Москвой. Теперь в Будапеште приходит к власти проевропейский политик, который обещает восстановить отношения с ЕС и НАТО и вернуть Венгрию в более предсказуемую европейскую логику. Именно поэтому для Туска это не просто победа проевопропейских сил. Победа Мадьяра здесь играет роль подтверждения собственной линии польского премьера: ставящего на сборку Центральной Европы без Орбана как альтернативного центра силы. Безусловно, про перезапуск Вышеградского формата говорить рано (тем более про формулу Вышеград-Украина), однако, тот же премьер Чехии А. Бабиш уже выразил надежду на большие перемены, а глава МИД Украины Сибига, вместе с президентом незалежной, оперативно сняли рекомендации об отмене поездок украинцев в Венгрию, а также озвучили желание плодтворного сотрудничества с новым венгерским лидером. Отсюда, вероятно, и почти демонстративная эмоциональность польского премьера. Его знаменитое “Венгрия, Польша, Европа — снова вместе” звучит не как дежурное поздравление, а как заявление о возвращении Будапешта в тот политический порядок, который Туск считает нормой. Конечно, говорить, что Мадьяр — это “человек Туска”, было бы натяжкой. Но политически Туск, как и другие лидеры ЕС, включая Макрона и Мерца, действительно дождались в Венгрии власти, которая для них куда удобнее, понятнее и выгоднее, чем орбановский режим. И если Орбан долгие годы был для Туска символом центральноевропейского неповиновения Брюсселю, то Мадьяр для него — символ возвращения Венгрии в общеевропейский строй. Учитывая же тренды европолитики последних лет, даже заверения Мадьяра о том, что он готов встретиться с В. Путиным для переговоров о поставке энергоносителей вряд ли собьют молодого премьера с общеевропейского и скорее всего, проукраинского пути.