Новая дорога в Китай: кому она нужнее — России или Китаю? В российском правительстве снова вернулись к идее, которую обсуждают уже много лет: строительству железной дороги в Китай через Алтай. Сейчас рассматриваются четыре варианта трассы протяжённостью от 825 до 1123 км. Дорога должна пройти через тот самый крошечный участок российско-китайской границы на Алтае и выйти непосредственно в Синьцзян. На первый взгляд всё понятно. России нужен ещё один выход на Китай, прежде всего для экспорта сырья. В прежних расчётах фигурировала потенциальная мощность около 30 млн тонн в год, значительную часть которой должен был обеспечить уголь Кузбасса и Хакасии. И если смотреть на проект исключительно как на «дорогу для угля», вопросов действительно много. Горный Алтай — одно из самых сложных мест, где вообще можно придумать строительство железной дороги. Тоннели, мосты, экологические ограничения, огромные капитальные затраты. Ради одного угля экономика получается, мягко говоря, неочевидной. Но если посмотреть на карту чуть шире, смысл проекта совершенно меняется. Потому что речь потенциально идёт не просто о новой ветке Россия—Китай, а о новом евразийском коридоре: Синьцзян — Алтай — Западная Сибирь — российская железнодорожная сеть — Европа. Без Казахстана, без Каспия, без нескольких перегрузок и сразу с выходом западного Китая на российскую транспортную систему. Причём Китай эту идею придумал не вчера. В китайских транспортных планах уже много лет существует направление Алтай — Канас — Джекепулинь к российской границе. В планах развития Синьцзяна вообще рассматривается целый комплекс: автомобильная и железная дороги, энергетическая инфраструктура и даже трубопровод. То есть интерес у Китая определённо есть. Но вот кому сегодня эта дорога нужна больше? И здесь ответ уже не такой очевидный. Китай за последние годы очень последовательно делает то, что он умеет делать лучше всего: создаёт несколько альтернатив одновременно. Есть морские маршруты. Есть железная дорога через Казахстан и Россию. Есть Центральная Азия. Есть Транскаспийский маршрут через Казахстан, Каспий, Азербайджан, Грузию и Турцию. Не получится здесь — груз пойдёт там. А вот для России вопрос становится гораздо серьёзнее. Когда-то практически весь сухопутный транзит между Китаем и Европой естественным образом тяготел к российской территории. Это было нашим огромным географическим преимуществом: карту Евразии невозможно было изменить. Как оказалось — маршруты на этой карте изменить вполне можно. Пока мы считали, насколько выгоден транзит и кто кому должен дать скидку, параллельно начали строить другую дорогу. Сегодня в Транскаспийский коридор уже вкладываются миллиарды долларов, модернизируются железные дороги, порты и терминалы от Казахстана до Турции. И грузы постепенно учатся ходить мимо России. А транспортный коридор — вещь довольно коварная. Мало однажды потерять груз. Вместе с ним уходят инвестиции в инфраструктуру, терминалы, склады, логистические компании, рабочие места, сервисы и будущие грузопотоки. Деньги начинают зарабатывать уже вдоль другой дороги. Вернуть всё это потом гораздо сложнее, чем потерять. Поэтому я бы вообще не смотрел на Алтайскую железную дорогу как на очередной проект для вывоза угля. Если её когда-нибудь действительно строить, то строить нужно как новый международный транспортный коридор, возвращающий России часть её естественной роли сухопутного моста между Китаем и Европой. Китаю ещё один маршрут точно не помешает. Китай вообще любит, когда маршрутов много. А вот России после появления полноценной альтернативной евразийской логистики он, возможно, нужен гораздо сильнее. Потому что один коридор мы уже когда-то считали не слишком важным. Теперь в него вкладывают миллиарды — только проходит он уже мимо нас.