Хаотически зла

Из ряда вон выходящее происшествие случилось сегодня на Андреевском спуске, где человеческая мысль, как известно, давно ведёт ожесточённую борьбу сама с собой. После того как памятник некоему покойному литератору был решительно устранён из городского пейзажа, на освободившемся месте появился молодой человек наружности вполне обыкновенной. Не имея при себе ни оружия, ни плакатов, ни даже подозрительных намерений, он уселся на камень и начал читать книгу. Уже одно это обстоятельство должно было насторожить присутствующих. Однако дальнейшее развитие событий превзошло всякие ожидания. Книга оказалась моей. Едва первые фразы разнеслись над спуском, как двери музея распахнулись, и из них, подобно фуриям из античной трагедии, вылетели служительницы просвещения. Узрев гражданина, читающего вслух автора, чьим именем украшено само учреждение, они пришли в крайнее волнение. — Как вы смеете читать! — воскликнули они. — Простите, — отвечал молодой человек, — но я как раз читаю Булгакова. Этот довод, как часто бывает в подобных случаях, положения не улучшил. Особенное негодование вызвало то обстоятельство, что автор был прочитан на том языке, на котором был написан. Тут уже разразилась настоящая буря. Прохожие остановились. Голуби вспорхнули. Один кот, по свидетельству очевидцев, посмотрел на происходящее с таким выражением, будто давно ожидал именно такого развития событий. В результате памятник писателю отсутствовал, зато присутствовал скандал вокруг чтения писателя возле музея писателя. Если бы мне кто-нибудь рассказал подобное лет сто назад, я бы непременно вставил этот эпизод в роман, но редактор вычеркнул бы его как совершенно неправдоподобный. Впрочем, действительность, как всегда, оказалась гораздо смелее литературы.