Каспийский Ходжа Насреддин

😀 Как Китай инвестирует в страны Евразии: новое исследование ЕАБР ⬇️ ⚡Несмотря на спад глобальных потоков ПИИ, Китай продолжает наращивать инвестиции в Евразийский регион. Согласно новому докладу ЕАБР «Мониторинг взаимных инвестиций», к середине 2025 года объем накопленных китайских вложений в страны Евразийского региона достиг рекордных $66 млрд, увеличившись на 80% за последние 10 лет. Ключевые выводы, которые меняют картину: ◻️ Рост вопреки тренду: За последние 1,5 года китайские инвестиции в регион выросли на $7,4 млрд (+13%), в то время как мировой приток ПИИ в 2024 г. упал на 11%. ◻️От сырья к технологиям: Происходит структурный сдвиг. Доля вложений в обрабатывающую промышленность и энергетику выросла в 2-3 раза, а сырьевого сектора — снизилась. ◻️ Казахстан и Узбекистан - лидеры в Центральной Азии: Казахстан лидирует по объему привлеченных инвестиций, а Узбекистан - по темпам прироста. За 10 лет прирост китайских ПИИ в Узбекистан составил $10,4 млрд. Общий объем инвестиций Китая в Центральную Азию достиг $36 млрд к середине 2025 года. ◻️ Частный бизнес в авангарде: Доля частных китайских компаний в инвестициях растёт, а их проекты — это в основном «greenfield» (создание производств «с нуля»). __ 💡 Что это значит для региона? Китайские инвесторы всё больше ориентируются на создание новой промышленной и энергетической инфраструктуры, что задает тренд на технологическое развитие и улучшение инвестиционного климата в Центральной Азии. 💻 Полный текст доклада «Мониторинг взаимных инвестиций: Китай и Евразийский регион» доступен на нашем сайте. #ЕАБР #инвестиции #Китай #ЦентральнаяАзия #экономика #аналитика #ПИИ

🌟Караваев: Интерес России к Центральной Азии в 2026 году сохранится «Для Москвы Узбекистан и Кыргызстан приобрели дополнительную ценность в качестве государств наиболее благоприятных для экономических проектов и вложения инвестиций. Свою роль, безусловно, сыграли недостаточная интегрированность этих стран в западно-атлантические торгово-экономические структуры», — об этом в интервью LogiStan рассказал эксперт Каспийского института стратегических исследований, автор телеграм-канала «Вокруг Каспия» Александр Караваев. • Сохранит ли Центральная Азия функцию «региона шлюза» для российской экономики? • Будет ли Россия инвестиционным донором для стран региона? • Какие российские технологии будут интересны партнерам в Центральной Азии? ➡️Ответы в интервью: Караваев: Интерес России к Центральной Азии в 2026 году сохранится Logistan.info | Логистика |Политика и бизнес

🇷🇺 Поставки газа из России в Центральную Азию планируют нарастить в 2,1 – 2,2 раза, — прогноз «Газпромбанка» К 2030 году объемы поставок природного газа из России в страны Центральной Азии могут увеличиться до 19 млрд – 20 млрд кубометров в год. Об этом говорится в докладе центра экономического прогнозирования «Газпромбанка», передают «Ведомости». ↗ Это на 10 млрд - 11 млрд кубометров или в 2,1 - 2,2 раза больше, чем в 2024 году. В том числе: 🇺🇿 в Узбекистан в 2,1 раза — с 5,6 млрд до 12 млрд кубометров в год 🇰🇿 в Казахстан в 2 - 2,3 раза — с 3 млрд до 6 млрд - 7 млрд кубометров в год 🇰🇬 в Кыргызстан в 2 раза — с 0,5 млрд до 1 млрд кубометров в год Ранее LogiStan писал о том, что «Газпром» намерен поставить в Узбекистан 7,7 млрд кубометров природного газа за весь 2025 год. Читайте также: ➡ Узбекистан сократил импорт газа почти на 30% и увеличил экспорт на 15% ➡ Транзит газа из России в Узбекистан через Казахстан планируют нарастить до 11 млрд кубометров в год Logistan.info | Логистика | Экономика

🗺 Каспийское и Черное море, рельеф. Справа хорошо заметны остатки Аральского моря.

У России все прекрасно в отношениях со странами региона, если говорить о взаимодействии лидеров стран, ведомств, компаний, но на уровне центральноазиатских обществ вырисовывается достаточно проблемная «серая зона», считает завсектором Центральной Азии ИМЭМО РАН Станислав Притчин. Не всегда правительству удается доносить свое видение и важность сотрудничества, полагает эксперт: «К примеру, хотя Россия – лидер среди поставщиков образовательных услуг для стран региона, большая часть тех, кто получает эти услуги, рассматривают их как ступень для переезда в Россию. И соответственно, меньше готовы вернуться обратно и продвигать форматы более тесного взаимодействия». Притчин приводит в пример мягкую силу Турции и ЕС, активных в регионе. Также эксперт отмечает и ограниченное присутствие России в информационном пространстве, а проекты Фонда Горчакова и других организаций имеют небольшой охват аудитории. «Поэтому важно использовать огромный потенциал гуманитарного сотрудничества, который есть у России в регионе», – заключил Притчин. Читайте подробнее: https://www.vedomosti.ru/politics/articles/2025/12/15/1163522-novoe-upravlenie-po-strategicheskomu-sotrudnichestvu?from=copy_text

Назначение Комила Алламжонова советником-посланником – представителем администрации президента Узбекистана в США примечательно по целому ряду причин. Во-первых, создание специальной должности в ключевом для административной системы республики учреждении - демонстрация приоритетов нового руководства администрации во главе с Саидой Мирзиеевой. Дипломатический прорыв на американском направлении Узбекистана, достигнутый благодаря двум встречам лидеров, требует наполнения практического. Поэтому молодая команда администрации идет на нестандартные шаги, создавая беспрецедентный для дипломатической практики пост. Во-вторых, это назначение показывает, что близкий к Саиде Мирзиеевой чиновник, который еще недвано вынужден был покинуть госслужбу, вновь в строю, и будет курировать важное внешнеполитическое направление. Другой вопрос, что при всех благоприятных внешних вводных достигнуть желаемых целей Узбекистану в отношениях с США будет очень сложно. Ташкенту в первую очередь нужны инвестиции и технологии, нужна финансовая и техническая поддержка в достижении амбициозных целей развития, обозначенных в "Стратегии 2030". Американская же внешняя политика и особенно стиль работы команды Д.Трампа совсем про другое. Вашингтону нужны рынки сбыта чтобы создавать рабочие места, загружать свои производства, а также обеспечивать свою промышленность дефицитными ресурсами за счет иностранных резервов. В такой системе координат Узбекистану трудно рассчитывать на приход масштабных американских инвестиций с трансфером технологий. Исключением могут стать американские добывающие компании, которые получат доступ к месторождениям критических материалов. Поэтому немного идеалистические надежды Ташкента на практический прорыв отношений с Вашингтоном возможен только, если узбекская строна к тому, что уже купила и заказала у США, согласится расширить закупки американской продукции, но это не совсем вписывается в стратегию развития собстенного производства.

В Ташкенте стартовало первое выездное заседание Примаковских чтений в Центральной Азии. Партнером ИМЭМО выступил Международный Институт Центральной Азии. Открытый, экспертный, профессиональный диалог по наиболее острым и акутальным вопросам глобальной и региональной повестки дня. Выступил с докладом на базе своей статьи по анализу базиса многовекторной внешней политики стран Центральной Азии. Основной вывод заключается в том, что несмотря на внешнюю эффективность модели многовекторности, стержневыми для обеспечения безопасности региона, социально-экономической стабильности и политической устойчивости являются в первую очередь Россия и несколько в меньшей мере Китай. Вклад и влияние других крупных игроков важны, способствуют решению отдельных задач развития, но не носят такого экзистенционального характера, как вклад России и Китая. https://www.imemo.ru/publications/periodical/meimo/archive/2023/12-t-67/at-post-soviet-space/multi-vectoral-approach-as-the-key-model-of-central-asian-countries-foreign-policy

Включение Азербайджана в качестве полноценного участника ежегодных Консультативных встреч лидеров Центральной Азии при всей своей внешней революционности - событие достаточно ожидаемое, и вместе с тем, кардинально ничего не меняющее в сложившемся формате отношений с южнокавказской республикой. Революционным решение выглядит потому, что предложенная узбекским президентом Шавкатом Мирзиеевым в 2017 году идея формата, которая должна была способствовать региональной интеграции в Центральной Азии, выходит за рамки субрегиона и подключает первую страну вне первоначальных географических рамок. Ожидаемым, потому что президент Азербайджана Ильхам Алиев уже в третий раз принимает участие в Консультативных встречах как почетный гость. Более того, практически с каждой из центральноазиатских республик у Азербайджана за последние два-три года сложился достаточно интенсивный политический диалог, подкрепленный подписанием серии повышающих статус отношений на высокий союзнический или партнерский уровень. Несмотря на эти моменты, подключение Азербайджана к формату все же ничего кардинального не меняет. Во-первых, у консультативного диалога стран Центральной Азии нет не только устоявшейся международно-правовой базы (про отсутствие институализации и других проблемах интеграции писал раньше https://t.me/caspiankhodja/969), но даже устава. Поэтому для присоединения нового члена к формату не нужно менять никакие документы, ратифицировать подписанное согласие в парламентах – достаточно решения президентов. Во-вторых, у Азербайджана со странами региона, несмотря, несмотря на интенсивный политический диалог очень ограниченное экономическое сотрудничество. Ни для одной из стран региона южнокавказская республика не входит в пятерку важнейших торговых партнеров и наоборот. В-третьих, у шестерки за исключением Срединного коридора нет общих крупных инфраструктурных проектов на повестке дня, а этот коридор также обсуждается в контексте развития отношения региона с ЕС, Китаем, США и ОТГ. В-четвертых, с подключением Азербайджана к центральноазиатской пятерке возникает парадоксальное наложение форматов взаимодействия. Страны вместе присутствуют в СНГ, СВДМА (без Туркмении), ОЭС, ШОС (Азербайджан в процессе присоединения), ОТГ (за исключением Таджикистана и Туркменистана), что приводит к определенному размыванию повестки каждого отдельного проекта, заставляет искать смыслы и проекты для предметного разговора в каждом из форматов и в целом снижает уникальность и значимость каждого из диалогов. Суммируя, можно сказать, что основная цель присоединения носит скорее символической, чем содержательный характер - продемонстрировать политическую близость, солидарность в условиях пока достаточно ограниченной предметной основы для сотрудничества.

😌🎡🌅🗾🚝 «Несмотря на определенные трения, у России и Казахстана серьезные договоренности по всем направлениям». Владимир Путин и Касым-Жомарт Токаев подписали в Кремле Декларацию о переходе отношений России и Казахстана на уровень всеобъемлющего стратегического партнерства и союзничества. Заведующий сектором Центральной Азии ИМЭМО РАН Станислав Притчин прокомментировал «Ломовке» важность этого события. Это важный этап с точки зрения подтверждения стратегического статуса наших отношений, потому что время от времени нужно определенное обновление и фиксирование новых этапов отношений. Поэтому нынешние декларации в этом плане — хороший показательный пример того, что государства готовы к дальнейшему развитию. Но, конечно, в силу того, что мы живем в достаточно турбулентное время, не все складывается так, как нам хотелось бы, и по некоторым вопросам у нас есть определенные расхождения. Казахстан занимает очень осторожную позицию в отношении СВО. С точки зрения соблюдения санкций — российским банкам пришлось уйти из Казахстана, а многие финансовые институты казахстанские не готовы поддерживать любые проекты, связанные с Россией. Но вместе с тем параллельный импорт у нас очень активно идет через Казахстан, и в целом по всему спектру отношений у нас динамика достаточно позитивная, отношения развиваются по всем направлениям: экономика, энергетика, образовательная сфера, логистика, сотрудничество в сфере безопасности. По всем этим направлениям у нас серьезные договоренности, несмотря на существующее давление, сложности и определенные трения. #Россия #Казахстан #эксперт 📮Подпишись на ЛОМОВКУ 📬 Мы уже в MAX! Подпишись!

Касым-Жомарт Токаев назвал Россию важнейшим торгово-экономическим и инвестиционным партнером Казахстана Основные цифры: 🟦По итогам 2024 года товарооборот составил порядка 28 млрд долларов. За 8 месяцев текущего года превысил 17 млрд долларов; 🟦Задача – довести уровень двусторонней торговли до 30 млрд долларов; 🟦Накопленный объем прямых инвестиций из России в экономику Казахстана превысил 27 млрд долларов. 🟦Россия в 2024 году стала крупнейшим инвестором Казахстана, нарастив капиталовложения до рекордных 4 млрд долларов. 🟦Казахстанские инвестиции в Россию также растут, их объем в совокупности за 15 лет достиг порядка 9 млрд долларов. 🟦В Казахстане работают свыше 20 тысяч компаний с российским участием – почти половина всех предприятий с иностранным капиталом. 🟦Реализуются 175 крупных совместных проектов. 🟦Стороны договорились и далее поддерживать высокий уровень деловых контактов и создавать все необходимые условия для ведения бизнеса. 🟦С этой целью принята Комплексная программа экономического сотрудничества до 2030 года. Транзитно-транспортная сфера 🟦Договорились последовательно расширять возможности транспортных коридоров Север – Юг, ТМТМ, железнодорожной линии Аягоз – Бахты, Достык – Мойынты и ряда других проектов. 🟦Подчеркнули важность улучшения трансграничной логистической инфраструктуры, совершенствования работы пунктов пропуска на границе. 🟦Намерены продолжить взаимодействие для продвижения перспективной инициативы «Трансалтайский диалог». 🟦Данный формат призван стать эффективной площадкой для расширения сотрудничества между Казахстаном, Россией, Китаем и Монголией в духе добрососедства и взаимной выгоды. Энергетика 🟦За последние годы в данном направлении достигнут значительный прогресс. 🟦Особо отмечена плодотворная работа с компанией «Росатом», в том числе по проекту строительства первой АЭС в нашей стране. 🟦Стороны условились укреплять партнерство в сфере добычи, транспортировки и поставок нефти, нефтепродуктов, угля, электроэнергии. 🟦Детально обсуждены перспективы газового сотрудничества, в частности газоснабжение приграничных с Россией регионов Казахстана, а также транзит в третьи страны. Новые инновационные точки роста 🟦Ряд подписанных в рамках визита документов позволят нашим странам значительно продвинуться в вопросах освоения космоса, атомной энергетики, развития особых экономических зон и креативных индустрий. 🟦Широкие возможности открываются в IT-секторе, где у Казахстана накоплен успешный опыт

Вдогонку саммиту США - Центральная Азия, запомнившемуся главным образом присоединением Казахстана к Соглашениям Авраама и как-то канувшему из информационного поля. Для тех, кто продолжает смотреть на политику в Центральной Азии через призму «Большой игры», достаточно посмотреть на его итоги, чтобы придти к выводу, что наверное все же все не так лихо. Американцы, конечно, продвигают свое: и инвестиции в редкоземельные металлы, и логистические проекты под своей эгидой, и традиционно бряцают технологиями. Но ни до саммита Китай - ЦА, ни до только-только прошедшего Россия - ЦА это все не дотягивает, рассматривать Вашингтон как некую третью силу в регионе не получается. Пока Пекин объявляет о многомиллиардных инвестициях и грантах в регион (оставим за скобками куда, зачем и что в этих заявлениях реально), Трамп объявляет о достижении согласия Узбекистана инвестировать в американскую экономику $100 млрд в следующие 10 лет. То есть отдать почти весь свой ВВП прошлого года. Можно было бы конечно предположить, что за типичной трамповской громогласной ахинеей скрыта некая реальная повестка, но ее в сущности нет. Американская политика в регионе к настоящему моменту вполне логично схлопнулась до ряда инвестиционных проектов, реализуемость которых будет зависеть от того, в какой мере США будут нуждаться в сырье и насколько эффективными будут альтернативные источники и маршруты поставок. Везти, условно, редкоземельные металлы из центра Евразии все же накладно, и логистически, и политически. То, что политика США в Евразии по крайней мере в ближайшее время будет оставаться инерционной подтверждается и ее кадровым обеспечением. Три ключевых руководителя: спецпредставитель президента США по Южной и Центральной Азии Сержио Гор, помощник госсекретаря по тому же региону Пол Капур и его зам. Бетани Моррисон к Центральной Азии имеют мало отношения. Капур и Моррисон - специалисты по Индии и Южной Азии, Индо-тихоокеанскому региону, недавно назначенный Капур и вовсе до этого преподавал в университете, специализируясь на ядерной безопасности и Индо-пакистанских отношениях. Родившийся в Ташкенте Гор вроде как по происхождению ближе, но современные реалии региона он едва ли знает, кроме того в довесок посту спецпредставителя он получил должность посла в Индии. Отношения с Нью-Дели беспокоят Трампа на порядок больше Центральной Азии, так что все три профильных политических руководителя брошены именно на этот трек. Сфокусировано Центральной Азией на высоком уровне по сути заниматься в Вашингтоне некому. Институционально и кадрово регион, по сути, оказывается периферией американо-индийских отношений - что, конечно, колоритно, но вряд ли эффективно. Если в США захотят взяться за Центральную Азию всерьез, индикатором, вероятно, будет внутреннее институциональное переустройство. Объединение в единое бюро Центральной и Южной Азии, актуальное в эпоху афганоцентричности американской политики, сегодня объективно вредит, по сути угнетая центрально-азиатский трек. Логичным было бы выделение ЦА в отдельное бюро, либо соединение региона с Закавказьем. Последнее давно пора оторвать от европейского бюро госдепа, расставшись с грехами по поводу расширения туда ЕС и НАТО. Советовать сие заокеанским партнерам мы, конечно, не будем, ибо это есть принятие реалий. Текущая вязкая инерционность их политики в сочетании с некоторым бардаком реализации и Россию, и Китай, и, кажется, сами страны Центральной Азии, вполне устраивает. Избыточная активность и сконцентрированность Вашингтона на чем-то не раз конвертировалась в деструктивность. Нам в этом контексте важно держать руку на пульсе, но и не уходить в борьбу с мельницами.

О ходе центральноазиатской интеграции Благодаря активизации диалога на высшем уровне региону удалось углубить экономическое взаимодействие, создать условия для ускоренного решения пограничных вопросов, выработать механизмы для совместных подходов по таким сложным сферам сотрудничества, как энергетика и водный сектор. В целом регион за последние восемь лет стал объективно более сплоченным и монолитным. Вместе с тем с точки зрения практик в международных отношениях процесс сближения стран Центральной Азии сложно назвать интеграцией, и это несмотря на комплекс позитивных факторов, таких как географическая, инфраструктурная близость, глубокая взаимозависимость в вопросах логистики, водно-энергетической сфере. Сюда же можно отнести ментальную, культурную, языковую близость стран, популярность среди населения идеи региональной интеграции, а также политическую заинтересованность руководства в повышении региональной субъектности в отношения с внешними игроками. Вместе с тем существует комплекс сдерживающих реальную интеграцию факторов. Во-первых, страны региона слабо взаимодействуют друг с другом в экономической сфере. За исключением связки Казахстан–Узбекистан, уровень товарооборота между странами на достаточно низком уровне, очень неразвита система взаимных инвестиций, практически отсутствуют крупные региональные проекты в транспорте, энергетике без участия внешних игроков (Камбаратинская ГЭС в Киргизии с участием Казахстана и Узбекистана до начала реализации может быть рассмотрена только как проект). Во-вторых, страны так и не сформировали полноценную нормативно-правовую базу для интеграции, притом что на двустороннем и трехстороннем уровнях страны региона за последние годы перевели свои отношения на стратегический уровень путем подписания соответствующих соглашений. В-третьих, республики не создали постоянно действующие институты, которые бы отвечали за системную работу по углублению сотрудничества. Так, уровень национальных кураторов интеграции в лице руководителей профильных департаментов МИД стран региона является недостаточным для того, чтобы в административных системах стран они имели высокий вес и могли продвигать интеграционные проекты внутри стран. В-четвертых, регион остается зависимым от крупных внешних инфраструктурных инвестиций в обеспечении региональной безопасности, создании институтов для интеграции. В-пятых, снижает реальный интерес и потребность в практической интеграции в регионе наличие развитых институтов, международно-правовой базы уже существующих интеграционных проектов: Содружества Независимых Государств (входят все страны Центральной Азии), Евразийского экономического союза (входят Казахстан, Кыргызстан, наблюдателем является Узбекистан), Организация Договора о коллективной безопасности (входят Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, на оперативном уровне существует тесная координация с Узбекистаном), а также такие менее институализированные организации, как ШОС (Шанхайская организация сотрудничества), ОТГ (Организация тюркских государств), китайская инициатива «Пояс и путь». В результате совокупность перечисленных позитивных и негативных факторов создает ситуацию, при которой внешне страны региона успешно сближаются, интегрируются и благодаря этому повышают совокупную субъектность на международной арене, а в практическом плане не форсируют административную, экономическую и инфраструктурную интеграцию, оставляя ее на достаточно комфортном для себя уровне, что позволяет республикам сохранять автономность и суверенность при решении стратегических внутри- и внешнеполитических задач. https://www.ng.ru/dipkurer/2025-11-09/11_9385_integration.html

«И российские, и китайские проекты работают на благо» https://www.kommersant.ru/doc/8181153

К предстоящему саммиту «США+Центральная Азия» Зашкаливающий интерес у общественности к саммиту «Центральная Азия + США» обусловлен во многом решимостью американского президента Дональда Трампа выделить, наконец, не просто время на полях Генеральной ассамблеи ООН, как это сделал его предшественник для проведения панельной встречи на полях, а провести полноценный саммит в Белом доме. Другой особенностью встречи стало выделение магистральной темы переговоров – интереса США к запасам критических минералов Центральной Азии, которых у самих США дефицит. В предыдущие годы, а формату «ЦА+США» уже 10 лет, максимум на что хватало американскую администрацию - было проведение саммита на уровне министров иностранных дел ( за исключением встречи в Нью-Йорке в 2023 году), соответственно его эффективность оставалась крайне низкой. Формат не позволял реально увеличить влияние США в регионе, не решал проблему крайне низкого экономического взаимодействия между сторонами. Позволит ли нынешняя попытка американской администрации решительно изменить сложившийся расклад сил в регионе с доминированием РФ и КНР? Ответ – нет! Разберемся, почему. Во-первых, при всем внешнем фокусировании Д.Трампа в моменте на развитии отношений с регионом для всех понятно, что это временное явление и через неделю приоритеты будут другие. Американский президент любит играть в эффектные политические шаги, будь то урегулирование конфликтов или решение глобальных узловых проблем в международных отношениях. Ни один из разрешенных американским президентом противостояний не урегулирован до конца, окончательно и бесповоротно. Ни одно из заявлений и решений не стало долгоиграющим и постоянным, будь то тарифные войны или переустановка отношений с партнерами. Во-вторых, выбор магистральной темой саммита стал интерес США к критическим минералам Центральной Азии. Сотрудничество в этой сфере вряд ли сможет качественно улучшить уровень экономического взаимодействия США со странами региона. Объективно говоря, Вашингтону нужно резервирование стратегических запасов редких минералов на будущее в конкуренции с Россией и Китаем, но это не значит, что в регион завтра же пойдут миллиардные инвестиции для их освоения и как результат будет прирост взаимной торговли. Без этого США останутся середняком в числе торговых и инвестиционных партнеров Центральной Азии. Товарооборотом США с регионом составил в 2024 году 7 млрд. долларов, в то время как ключевые партнеры региона Китай и Россия имеют в активе 66 и 45 млрд. долларов товарооборота соответственно. В итоге мы имеем взрывной интерес к американо-центральноазиатскому сотрудничеству, множество голословных заявлений и утверждений о том, что США «вытесняют» Россию и готовятся к вытеснению Китая из региона. Реальная же ситуация с устоявшимся и углубляющимся многоплановым взаимодействием Москвы и Пекина с регионом показывает, что политическим наскоком и временным интересом к отдельным отраслям экономики конкуренция за влияние не выигрывается, особенно если это не подкреплено географией, прагматикой и реальным, а не инструментарным, интересом к региону.

3 ноября день памяти моего прадеда Алексея Михайловича Лобанова, который погиб в 1941 году при обороне Твери (Калинина). Вечная память нашим героям.

+6

Исследование среди жителей стран СНГ о покупке российских товаров. Последняя часть В первой части мы публиковали результаты опроса ВЦИОМ, в котором респондентам из каждой республики был задан открытый вопрос, какая для них страна является основным экономическим партнером. Во второй же приводили опрос с мнением жителей стран СНГ о наращивании экономического сотрудничества с Россией. Теперь же приводим исследование о приобретении российских товаров жителями стран СНГ. За последние 2-3 года Вы или члены Вашей семьи покупали российские товары или нет? Если да, то какие? 🇦🇿 Азербайджан: · Продукты (59%) · Строительные материалы (32%) · Бытовая химия (32%) 🇬🇪 Грузия: · Продукты (50%) · Бытовая химия (19%) · Строительные материалы (11%) 🇲🇩 Молдова : · Продукты (21%) · Одежда и обувь (10%) · Бытовая химия (9%) 🇦🇲 Армения: · Продукты (62%) · Одежда и обувь (43%) · Бытовая химия (39%) 🇹🇯 Таджикистан: · Одежда и обувь (43%) · Продукты (42%) · Бытовая химия (36%) 🇧🇾 Беларусь: · Бытовая химия (41%) · Продукты (38%) · Одежда и обувь (35%) 🇺🇿 Узбекистан: · Косметика (19%) · Продукты (19%) · Автомобили и запчасти (17%) 🇰🇿 Казахстан : · Продукты (59%) · Бытовая химия (54%) · Одежда и обувь (50%) 🇰🇬 Кыргызстан: · Строительные материалы (57%) · Продукты (52%) · Товары для дома (52%) Согласно индексу востребованности российских товаров за рубежом, Казахстан, Кыргызстан и Армения стали тремя странами, набравшими наибольшее количество баллов. Индекс рассчитывается как среднее количество категорий покупаемых товаров, приведённое к 100. Чем выше индекс, тем больше видов российских товаров опрошенные покупали в своей стране. Кыргызстан набрал 43 балла, Казахстана – 42, а Армения – 30,8. Опрос был проведён аналитическим центром ВЦИОМ в период с 28 октября по 30 ноября 2024 года. Инициативные телефонные опросы проводились при выборке от 1000 до 1030 опрошенных конкретной страны в возрасте от 18 лет. Были проведены они в следующих странах: Беларусь, Армения, Азербайджан, Грузия, Молдова, Кыргызстан, Узбекистан, Таджикистан, Казахстан. Метод опроса — телефонное интервью по стратифицированной случайной выборке (с контролем квот на финальном этапе), извлеченной из полного списка сотовых телефонных номеров, задействованных на территории каждой страны. Выборка репрезентирует взрослое население стран по полу, возрасту, региону и типу населенного пункта. #ВЦИОМ #РОССИЯ #БЕЛАРУСЬ #АРМЕНИЯ #АЗЕРБАЙДЖАН #ГРУЗИЯ #МОЛДОВА #КЫРГЫЗСТАН #УЗБЕКИСТАН #ТАДЖИКИСТАН #КАЗАХСТАН

Заведующий сектором Центральной Азии ИМЭМО РАН Станислав Притчин считает, что Европейский союз планомерно выявляет и точечно применяет санкции против банков, обслуживающих торговлю с Российской Федерацией. Это свидетельствует о стратегии ЕС по поиску уязвимых мест в цепочках обеспечения российских экономических связей. «Особый интерес вызывает позиция Киргизии. Несмотря на то что эта страна не является крупным игроком, она демонстрирует решимость отстаивать свое право на торговлю с РФ. В сложившейся ситуации страны Центральной Азии сталкиваются с дилеммой: либо принять стратегию санкций ЕС, смирившись с экономическими издержками от сокращения сотрудничества с Россией, либо искать альтернативные пути», – отметил в беседе с «НГ» Станислав Притчин. Киргизия, по его мнению, похоже, выбирает второй вариант, стремясь к адаптации при сохранении внешних торговых связей. Это предполагает, условно говоря, выделение отдельных финансовых учреждений для осуществления расчетов с РФ. Любые попытки политического диалога с западными партнерами, направленные на объяснение невозможности полного прекращения торговли и взаимодействия с Россией (главным экономическим партнером и инвестором), оказываются неэффективными. В этом контексте Бишкек демонстрирует более последовательную линию, в то время как другие страны региона пока предпочитают более гибкую позицию, стремясь к компромиссам. https://www.ng.ru/cis/2025-10-27/5_9368_cis2.html

+4

Осенняя Фергана и Риштан

Президент Турции Реджеп Эрдоган подписал документ, предоставляющий большие права иностранным гражданам турецкого происхождения. Однако в соцсетях его ошибочно истолковали как распространяющийся на все тюркские народы. Как уточнил Kun.uz, этот документ не предоставляет представителям других тюркских наций права на свободное проживание и трудовую деятельность в Турции. Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган внёс изменения в постановление Совета министров Турции, принятое в 1982 году. Подписанный им документ частично обновляет постановление «О свободной профессиональной деятельности и трудоустройстве иностранных граждан турецкого происхождения в государственных и частных учреждениях Турции». Таким образом, распространяемые сообщения о том, что граждане тюркских государств теперь смогут работать и учиться в Турции наравне с гражданами Турции, являются ложными. Как сообщило посольство Узбекистана в Турции, данное решение не предоставляет гражданам стран — членов Организации тюркских государств, включая Узбекистан, права на свободную трудовую деятельность на территории Турции. Временная трудовая деятельность граждан Узбекистана в Турции регулируется действующим законодательством. Согласно документу, в первую очередь определяется этническая принадлежность иностранного гражданина к турецкой нации, что утверждается указом президента. При этом иностранные граждане должны соответствовать всем следующим требованиям: · иметь временное удостоверение на проживание, выданное Министерством внутренних дел Турции; · обладать профессиональной квалификацией, подтверждённой уполномоченными органами Турции; · иметь нострифицированные дипломы школ или университетов своей страны; · не представлять угрозу безопасности Турции своей профессиональной деятельностью; · иметь документ о членстве в профсоюзе, если это требуется; · обладать официально подтверждёнными сертификатами ремесленных или иных профессиональных навыков, полученных в своей стране; · быть признанным принадлежащим к турецкой нации по указу президента; · не иметь возможности выполнять свою работу или профессию по независящим от него причинам в стране гражданства (например, подвергаться притеснениям); · принадлежать к этническому и культурному меньшинству турецкого происхождения в своей стране (например, турки, проживающие в Болгарии). Распространённые в социальных сетях сообщения являются следствием неправильного толкования постановления.

Саммиты СНГ и "Россия - Центральная Азия" имели очевидную совпадающую повестку, наиболее полно изложенную в предложениях Токаева и Мирзиёева. Озвученные инициативы и предложения по административно-политическому оформлению проектов "транспортного каркаса", использования ИИ, кооперации в промышленности, по вопросам политической координации с внешним периметром (СНГ +, ОТГ+ в расчете на членов ШОС), а также вопросы организации миграции - вся эта тематика вытекает из существующей фактуры взаимодействия с РФ. Что-то уже реализуется, что-то ждёт своего оформления. в сфере транспорта это видно лучше всего.. На саммите СНГ Токаев предложил подготовить Единую цифровую транспортно-логистическую карту Содружества. Фактически, это не документ в традиционном смысле, а скорее база данных для создания "единого окна" услуг транспортировки, складирования, доставки. Предложение Мирзиёева на саммите РФ - ЦА, уточняет эту задачу на макро уровне: "необходимо сопряжение национальных программ в области автомобильного, железнодорожного и авиационного сообщения и разработку на этой основе комплексного плана инфраструктурного партнерства - Транспортно-логистического контура наших стран". К визиту Токаева в Россию казахстанские чиновники подготовили "Совместную программу по инвестиционному и инфраструктурному сопровождению восточной ветки коридора "Север-Юг" (речь об удвоении пропускной способности к 2027 году). Вероятно, это сделали на базе обзоров ЕАБР экономической зоны коридора Север-Юг, с прицелом на интересы Казахстана. Токаев в 2023 году поставил задачу удвоения ВВП к концу десятилетия (первый раз удвоения ВВП достигли в 2003 году). Сейчас, считается, что отношение инвестиций к ВВП Казахстана должно вырасти с 14% до 23%, а общий объем инвестиций за 2025-2029 годы может оставить около $400 млрд. Россия в основной группе пяти-шести направлений откуда можно получить инвестиции или экономическую поддержку. Поэтому ставка Токаева на МТК СЮ, понятна и в этом контексте: "к этой инициативе мы сможем подключить международные финансовые институты, банки развития и инвестиционные фонды". Тему, со своей стороны подхватывает Мирзиёев, предлагая России, на основе имеющихся транспортных связей подключится "к наращиванию сотрудничества в области машиностроения, точного приборостроения, химической, электротехнической, горнодобывающей, других отраслях на кластерной основе.." И более детально - предложил создать хаб промышленного инжиниринга "Центральная Азия - Россия" в городе Бухаре. Предложения Токаева и Мирзиёева предлагают России развернутся к региону с большими масштабами, затратив на это ещё больше энергии и внимания. Что в общем-то пойдет на пользу.