Бюро

Интересные концептуальные измышления насчет ведения когнитивной войны — однако, как показывает практика, ни Украина, ни Россия не продемонстрировали умения продуманно и длительно вести ее. Все сводится к тиражированию самовоспроизводящейся пропаганды, мало влияющей на настроения в обществе. Обе стороны скорее работают на собственную аудиторию ради постоянной мобилизации, чем действительно воздействуют на противника. Попытки посеять панику через соцсети и массированные псиопы оказываются краткосрочными — пользователи успели привыкнуть к реактивному цифровому темпу. Куда более значимым фактором становятся не сами информационные операции, а их явная связь с военными и экономическими проблемами. Псиоп дает результат, когда работает по уже вскрытому нарыву: заметное ухудшение ситуации на фронте, перебои в работе критической инфраструктуры, экономические затруднения или политические кризисы. Без такой базы когнитивная война превращается в бесконечный наброс на вентилятор обмен нарративами между людьми, которые и так останутся при своих и продолжат ненавидеть друг друга до гроба. Возможно, учреждение Центра когнитивной войны со стороны украинского МО направлено на переосмысление прежнего подхода в виде пропаганды ради пропаганды. Россия должна учитывать высокую вероятность повышенного использования неконвенциональных методов ведения войны врагом, включая когнитивные, поскольку тот стремится развить успехи от дальнобойных ударов. А еще лучше, чем просто учитывать — уже сейчас перестраивать собственную информационную политику, делая ее более продуманной, эмпатичной и профессиональной.