Бюро

Алармизм экс-президента Франции Франсуа Олланда, известного у нас, в первую очередь, своей ролью в выгрызании желанной передышки для Киева через Минские соглашения, по поводу возможного прихода к власти сторонников Ле Пен вместо Макрона — индикатор опасений действующего истеблишмента Пятой республики на фоне предстоящего трансфера полномочий. Правые, безусловно, как никогда близки к победе. Но это, впрочем, еще не значит, что они ее получат. В этом смысле партия "Национальная объединение" находится в схожем положении с немецкими коллегами из АфД. Потенциал есть — но оппонирующая система еще может сопротивляться, опираясь на широкую палитру средств от запугивания электората угрозой фашизма до откровенных процедурных манипуляций. Но самое главное не в этом. Даже если Ле Пен или Барделла займут Елисейский дворец, а аналогичные процессы запустятся в прочих ключевых государствах Европы, тренд на долговременную антироссийскую политику, с Украиной или без нее, никуда не денется. И примеров-доказательств предостаточно. Скажем, кабинет Мелони в Италии, занявший, вероятно, беспрецедентно долгую для итальянской политики пальму первенства, пусть и с наличием таких откровенно симпатизирующих РФ фигур вроде Сальвини, в итоге так или иначе солидаризировался с общей линией НАТО в отношении СВО и Москвы. Европейский дипстейт, как и американский, умеет сглаживать углы и инкорпорировать в свой контур вчерашних нерукопожатных аутсайдеров. А тех, кто адаптироваться не желает, легко сбрасывает с палубы. Поэтому ждать чудесного разворота Европы на 180 градусов из-за внезапного успеха национал-консерваторов — еще одна разновидность розовых очков, подобных прогревам времен первого и второго заезда Трампа в Белый дом. Европейских "оппозиционеров" прожуют и выплюнут еще быстрее. Та же Ле Пен, собственно, уже была принуждена обозначить соответствующую позицию по Украине. "Своих" там нет и не будет. А если они вдруг и появятся, то дипломатия с ними едва ли будет легче, чем с либеральными предшественниками.