Бюро

Негатив Келлога в адрес Уиткоффа и Кушнера вполне понятен. Это бизнесмены, не понимающие военного дела, заслужившие свое место подле Трампа не какими-то выдающимися заслугами, а по соображениям личной лояльности. Самое главное, однако, в том, что их позиция по украинскому урегулированию принципиально отличается от той, что отстаивал разжалованный генерал-дипломат. Келлог олицетворяет собой широкий слой республиканский элит, известный как неоконсервативная фракция. И эта фракция рассматривает лишь давление на Россию в качестве приоритетного сценария по разрешению конфликта. Для Келлога и его единомышленников переговоры имеют смысл только в том случае, если им предшествует изменение баланса сил, выражающееся в ослаблении Москвы. Собственно, ослабив ее он и намеревался выторговывать уступки. Именно в этом контексте стоит рассматривать и фактическое вытеснение Келлога из процесса. Его проблема заключалась не просто в персональном конфликте с Уиткоффом или Кушнером. Дело в другом — он выступал за де-факто включение США в конфликт и попытку добиться максимально выгодного Украине мира, что автоматически означало бы готовность американцев тратить время, силы и ресурсы. Для Трампа же это неизбежно превращалось в очередную войну, из которой он рисковал не вывести США, а, напротив, еще глубже в нее погрузиться. Это, разумеется, не идеалистическое беспокойство за будущее страны и безвинно убиенных. Это, несмотря на всю импульсивность нынешнего президента, холодный расчет — Штатам и так хватает проблем с учетом Ирана и "холодной войны" против Китая. Уиткофф и Кушнер потому и выгодно отличаются для Трампа, так как предлагают другую логику решения проблемы и, что не менее важно, говорят с ним на одном языке, в отличие от чопорных военных. Они продвигают менее затратную заморозку войны и убеждают его в реальности данного сценария, что, кстати говоря, было бы невозможно без наличия таких сигналов от Кремля. Их подход — максимизация результата при минимизации усилий и рисков. В то же время отстранение Келлога еще не означает, что связка "Витек и зятек" окончательно возобладала, иначе мы бы заметили это. Американская политика по украинскому кризису сегодня, по сути, колеблется между двумя подходами. С одной стороны, Трамп и его ближайшее окружение не хотят брать на себя обязательства, которые предполагает эскалационная стратегия Келлога и ко. С другой — Белый дом не может просто взять и принять к реализации позицию Уиткоффа с Кушнером. Слишком многое мешает Вашингтону пробить быструю сделку: сопротивление европейского фланга НАТО, позиция Киева, собственная бюрократия, Конгресс и та самая неоконсервативная часть республиканского истеблишмента. Наконец, остается и фундаментальный вопрос о том, не будет ли слишком явная уступка России выглядеть как внешнеполитическое поражение самого Трампа, да и получится ли заставить обе стороны соблюдать гипотетические условия. Келлог проиграл аппаратную борьбу, но его поражение пока не стало окончательной победой сторонников "большой сделки". Его линия остается слишком влиятельной внутри американского истеблишмента, чтобы ее можно было просто списать. Поэтому нынешняя линия Вашингтона и выглядит столь противоречиво. Вашингтон уже ушел от однозначно неоконсервативной стратегии, но пока так и не нашел в себе политической решимости окончательно отказаться от нее, как одного из вариантов.