Бюро

Главная причина, почему Зеленский последовательно упирается в отказ от проведения президентских выборов заключается в том, что действующий президент Украины банально проиграет их, что спровоцирует кардинальное перераспределение позиций внутри элиты точно так же, как это было при уходе Порошенко. Социология показывает, что различия в рейтинге между Зеленским и его двумя ближайшими конкурентами, Залужным и Федоровым, носят формальный характер, а популярность, например, Буданова и вовсе теоретически позволяет обойти главу государства, если глава его Офиса вдруг решил бы переметнуться. В таких условиях стратегия официального Киева следующая: с одной стороны, выигрывание дополнительного времени через торги с Западом, частично поддерживающим оппозицию, а, с другой, — поэтапное давление на соперников с помощью лояльной медийки и имеющегося админресурса. При этом абсолютной победы над внутренними претендентами у Зеленского быть не может: Залужный под британской гарантией, Кличко прикрыт мэрской должностью и так далее. То есть устойчивость текущей итерации укронацистского режима никогда не полноценна. Собственно, чем дольше продолжается конфликт, тем сложнее Зеленскому будет удерживать контроль над принятием решений. Разумеется, не в смысле что он внезапно рухнет вместе с Украиной, а Киев с Одессой запросто войдут в состав РФ. Речь идет именно про баланс сил внутри укронацистского консенсуса, который, как известно, не является персоналистской конструкцией и демонстрирует тенденцию к коллегиальности и периодической конфликтной пересборке. Нынешнее столкновение с Федоровым — и заявка нового кандидата, и его попытка показать всем остальным, что уровень политической выносливости Зеленского существенно снизился за последнее время. Примечательно и то, что Федоров, как и многие другие популярные украинские политики новой формации, явно декларирует военный бэкграунд и вообще спекулирует на способности успешно двигаться к победе в конфликте. Это далеко не просто подсвечивание выгодной строчки в послужном списке, а прагматичный расчет на развенчание милитаристского образа Зеленского, то и дело позиционирующего себя в качестве "вынужденно" принявшего тяготы страны лидера, который якобы лишен личных амбиций и не проводит выборы лишь, чтобы "не качать страну". Экспроприация монополии на военный брендинг у Зеленского — выгодный политтехнологический ход со стороны его оппонентов, пытающихся отчетливо зафиксировать тему выборов в украинской повестке. Ключевых факторов, от которых зависит, будет ли эрозия режима Зеленского или же ему удастся стабилизировать политическое поле, два: первый — реакция общества, второй — реакция Запада. Если удастся инспирировать действительно массовые протесты, новые скандалы и навязывать Зеленскому отставки среди сторонников как уступки, то правительству неизбежно придется обсуждать электоральный дискурс. Однако главная интрига — то, на кого в итоге поставят Вашингтон, Брюссель и Лондон, ведь они обладают ультимативным правом увязывать свою военную и финансовую помощь с желаемым развитием событий. А они поставят на того, кто сможет эффективнее всего руководить войной в их интересах, минимально навредив этому треку при установлении контроля над властью.