Российский МИД как бы невзначай констатирует данность последних лет, что удивляет мало и даже отталкивает, учитывая, что тенденция оформилась далеко не вчера. Лавров также добавил, что РФ передала представителям США ряд вопросов, имеющих за собой цель установить, существует ли американский фактор в последнем увеличении интенсивности и ареала дальнобойных ударов ВСУ по критической инфраструктуре в тыловых районах. Показательно и то, что Кремль старается максимально исключить конфронтационность из своей риторики в адрес Белого дома: никого ни в чем не обвиняют, а саму поддержку Киева лишь дескриптивно фиксируют. Показательно это в связи с тем, что все на самом деле предельно понятно — без бигтеха и ВПК Штатов, а еще без политической воли руководства этой страны подобное усиление Украины просто невозможно. Но напрямую упрекнуть в этом Вашингтон, расписавшись в неудачной попытке договориться, никто не готов. И тем не менее, даже несмотря на это и угасание пресловутого духа Анкориджа, Россия продолжает делать ставку на своего рода максимально допустимую благожелательность по отношению к Америке. Вероятно, это и следует считать главным симптомом кризиса российской дипломатии на сегодняшний день — исчерпанность старой переговорной тактики очевидна уже всем, а новых предпосылок к выгодному урегулированию политическим путем не просматривается на основании объективно сложившейся военной ситуации.