По причинам, которые мне решительно неизвестны, целое утро я читаю о Михаиле Врубеле. Внимательно смотрю в его автопортреты с живыми, говорящими глазами. Совершенно понятно и очевидно, что Врубель имел высший дар, за который ему пришлось очень дорого заплатить всей своей, собственно, жизнью. Но дар его настолько упрямый и сильный, что даже часа пристального внимания к нему хватает, чтобы почувствовать удушье, близкое к восторгу. Чистая мистика - вся его сущность. Кистью он создавал кристалл. Говорят, что Пикассо часами смотрел на картины Врубеля и изобретал на том фундаменте свой будущий кубизм. Форма у Врубеля из мягкой разворачивалась в острые грани. И это очень редкая манера. Мне кажется, что на его картинах распускаются каменные цветы. Врубель знал восемь языков, был пропитан глубокой философией и читал всех от Канта до Шопенгауэра в оригинале, не чувствовал притяжения к материальному, а жену свою Надежду Забелу - полюбил, просто услышав её голос. Полюбил так, что все заговорили об этом. Наотмашь полюбил. Она певица. Он не пропускал ни одного её выступления. Но демон победил Врубеля. Балансировать между человеческой жизнью и жизнью, захватывающей нечто выходящее за рамки ума, оказалось сложным. Михаил Врубель ослеп, что для художника выглядит как пощёчина от бытия, а после - сошёл с ума. С другой стороны, так выглядит только с точки зрения человеческой жизни. С точки зрения чего-то выходящего за рамки ума - финал Врубеля выглядит в какой-то степени изящным. Как ещё мог уйти тот, кто падшему миру оставил крупицы бессмертия? Крупицы бессмертия выросшие сквозь каменные цветы. До последнего дня жизни Врубеля, жена его Надежда, пела ему тем голосом, который он так сильно полюбил. Вероятно, это было последнее, что он услышал. Это ли не искусство?