кинобудет

Улетела огромная птица, выпорхнула из тела. Тело еще будет возиться, что-то делать. Но без черной, объемистой птицы, телу и делать то нечего, разве что спиться, мыться, хрустеть орешками, уединиться в комнате и вспоминать былое. Ведь когда внутри было это большое, оно, хоть и давило крылами во внутрь грудного отдела, однако, всё тело брало и летело. Вот так вот порхало между мирами, хочешь туда лети, хочешь падай, жонглируя словами. Тело, как фокусник, преображалось, ведь птица для того и давалась, чтобы из бренного, выскочить в вечность, но крыльям тогда бы пришлось здесь все искалечить, а это пугающее приключение и птица покинула тело. И изгнанной тенью, не оставляя следов, улетела. Так что, прощай, говорили той птице, полной грудью вдыхали и было чем погордиться: прогнали. Но ночью, под козырьком у холодной луны - вспоминали. Скучали о силе давления крыльев, о том, как они задевали. А они задевали. А может быть не было птицы? - Подайте орешки, где покупали? - Где покупали? - Где покупали? покупали, покупали, покупали, покупали, покупали, покупали, покупали, покупали, покупали, покупали. (последнее «покупали» почти не слышно, это незначительное эхо, каменная мысль перед падением в сон)