Владимир, зачем вы из меня всю душу вытрясли «приглашением на казнь»? К концу вашего романа, я не могла дышать. Мне пришлось выйти на замороженный балкон, где я и заплакала. Я давно большая поклонница вашего искусства и оно давно парализует меня своим величием, но «приглашение на казнь» парализовало меня не только величием, но и откровенностью, которую вы так мастерски вуалировали почти нечитаемыми метафорами. Я буквально, прошла с вами все ступени к смерти, на каждой из которых, вы задавали неудобный вопрос и давали мне самой, ответить на него. Ваша проза - лезвие по которому карабкается к свободе каждый Цинциннат. Ваша литература - бетонная плита, висящая на капроновой ниточке, соединяющей секунду «до» и секунду «после». Впрочем, я согласна с вами. Я хочу согласиться с вами. Цинциннат даже не заметил щелчка, а лишь встал и вышел с эшафота. Пусть будет так.