кинобудет

Хочется чего-нибудь написать. Важного, жизнеутверждающего. Мудрого? Это был непростой год! Зал ахает. Скрип каблуков по паркету. Верно сказано. Непростой! Хлопнула форточка. Вьюга. Что вы думаете о вьюге? Освежающая как пощечина, чистая как голубые глаза под ночным фонарем, острая как край накрахмаленной юбки. Господа, шампанского! Хлопает пробка, пена изливается по краям зеленого стекла, откройте форточку, накиньте шарфы. Знаете, очень нужен воздух. Тот момент когда есть воздух… О! Дышишь и все кружится ловко, оживает. Все непонятное становится понятным. Все уязвимое становится ценным. Все пустое складывается в картину, а на ней цветут поля. Зал аплодирует. Спасибо, спасибо. Простые мысли, простые мысли. Посмотрите влево, что за занавесками? Свобода. Иди куда ведут сапоги, а мы, все-таки, здесь. А где это ваше здесь? А это здесь самого лучшего свойства. Здесь - наполненное воздухом. Когда говоришь, а тебя понимают. Когда тебя видят. Зал аплодирует громче. Шампанское искрится. Разумеется, новый год на носу. Но, вы то понимаете, что это фикция, ложь? Эти цифры не волнуют вас? Что вы делаете завтра? Часов в шесть? Дама потупившись натягивает перчатки до самого локтя. А вьюга врезается в глянцевое окно и ноет в груди. Вы поняли, что жонглировать словами пустое? Разумеется. И зал пустой. Впрочем, шампанского завались. И при том, год был непростой, здесь без фокусов. И воздух - единственная валюта. И один час может быть больше года. И одна правда может быть больше нас. И так внезапно можно оказаться дома и так нежно это заметить. Форточка хлопает, занавеска напудрена инеем. Бликуют стулья и паркет, трибуна пуста. Это был непростой год! Но он был. И был наш. Мы видели себя в отражениях друг друга и коротко, но были дома. И дышали.