БОЖЕНА ✔

Я, как известно, притягиваю к себе чумачечих. И от меня у недомужчинок их хрупкая мужественность тоже дымится. Звание моего персонального Мудака номер один давно уже заслужил бывший главред Коммерсанта Андрей Васильев ака Вася. С первого дня моего появления в Коммерсанте меня травил и буллил тогдашний главред Андрей Васильев. На планетках называл меня пиздой, о чем мне радостно сообщали сотрудники. Вот например, такой пассаж: «я все поражался, откуда у Куснировича такие пёзды, как они туда проходят… Оказалось, наш автор». Когда я ушла в Известия и под руководством Рафа Шакирова сделала отличную светскую полосу, забившую баки полосе Коммерсанта, Васю заело. Ну как же, он обесценивал сотрудницу, а она переплюнула его издание. И как результат, в 2007 году я на форуме в Лондоне я столкнулась с публичным унижением от Васильева. День рождения Сергея Колушева, клуб в подвале называется «Трамп», вечеринка. Я никого не трогаю, разговариваю с Женей Миловой. И вдруг ко мне направляется пьяный Васильев: Барбра Брыльска, вам нравится ваше лицо? Ваше лицо вам нравится? Вы — уродина!!! Посмотрите на свое лицо!!! Я уже тогда понимала, что это — не норма. И себя надо защищать. Я взяла бокал красного вина и собиралась безмолвно вылить Васе на голову. И тут вдруг вмешивается Шульгин, помните, был когда-то у Валерии такой муж, бил ее. Вмешивается не чтобы остановить агрессора, а чтобы остановить МЕНЯ. Хватает за руки, удерживает и обращается к публике: вы видите, она его облить собралась! Да он же пьяный, а она его! Поведение Шульгина очень показательно. Он вмешался физически, но не чтобы остановить агрессию в адрес женщины, а чтобы не допустить ее ответа на оскорбления. Женщина должна терпеть, а не бороться за себя! То есть, поведение Васи Шульгин нормализовал, а мое — нет. И все общество тогда было таким. Я быстро сообразила, что это Лондон, а не Москва, и здесь у женщин есть права. И четко озвучила: немедленно отпустите мои руки, не смейте меня трогать, это уголовное дело в Англии. Узкие глазки Шульгина злобно блеснули — давно я не видела такого крысино-злобного взгляда. И на словах: «я сейчас позову секьюрити», он меня отпустил. Увидев двух здоровяков, направлявшихся к нему. Зассал пупсик. Красного вина уже нет, но нашлось белое. Не так эффектно, но хоть как-то. И я вылила его на голову Васильеву. Из принципа. И я была первой женщиной, которая ответила на его хамство. Васильев, уже на четвереньках, карабкаясь по лестнице из подвала, бормотал: Барбра Брыльска, ваша карьера закончена! Такого журналиста больше нет! Протрезвев, он не позвонил мне извиниться, напротив, он стал пытаться организовать массовый буллинг. Звонил Андрею Колесникову, (тот, к его чести, отказал Васильеву в поддержке). Потом он требовал от Жени Миловой, чтобы она описала эту историю в светской хронике, к чести Жени, и она сказала, что он вел себя ужасно. И, вопреки угрозам Васи, никакого конца карьеры моей карьеры не произошло. Наоборот. Но скольким женщинам вот такие мудаки таки портят карьеру? Общество не канселит за подобные выходки, и Васильев не отставал от меня очень долго. Он постоянно задевал меня в публичном пространстве. Везде, где ему удавалось дотянуться, он буллил. Постоять за себя во второй раз мне удалось только в Латвии, на территории, где действует закон. В Англии и в Латвии. В России мы абсолютно беззащитны. То, что проделывал и проделывает со мной Васильев, то, что делают Соловьев, Милонов, Лебедев, Кох, Кагаловский называется гендерный буллинг. Это избирательная агрессия, направленная на женщин. Это не отдельные слова, не отдельные сцены, а система. Мужчины позволяют себе унижать женщин именно потому, что это безопасно. С мужчиной они бы так не поступили. Потому что там есть риск. Здесь — нет. Но будет. То, что тогда списывалось на характер, алкоголь, сегодня называется мизогинией, абьюзом и харассментом. И молодец Виктория Боня, что впервые переносит гендерный буллинг в юридическую плоскость и придает ему статус системной проблемы. ➡️➡️➡️➡️➡️ Stay tuned, продолжение про Васильева